Моя любой ценой

Когда начинаются выстрелы, я даже не понимаю, что это не те, кто на нас напал. Я вообще впадаю в странный ступор, а внутри мелькает мысль, что все, это конец.

Только чувствую чьи-то руки, которые дергают меня вниз, а затем сверху прижимается тело. Я бьюсь в первое мгновение, но тут же чувствую знакомые губы на щеке.

— Тише, золотце. Лежи, не дергайся. И глазки закрой.

Я не спорю. Выполняю все, что он говорит. Пережидаю весь этот ужас. И когда вдруг понимаю, что остаюсь одна, едва не кричу в голос. Испуганно озираюсь, но теперь небольшой переулок, в котором все это и происходит, превратился в какое-то побоище.

Я кое-как пытаюсь встать на ноги, но даже шага не успеваю сделать, как Багров оказывается рядом и подхватывает на руки.

— Все позади. Все хорошо, — повторяет так уверенно, что я… Я плачу. Просто не могу сдержать этот поток слез от облегчения.

— Я так испугалась, — признаюсь. — Ты ведь живой, да?

Слышу тихий смешок, а затем чувствую поцелуй в макушку.

— Живой, конечно. Давай, надо сесть в машину, Злата.

Ноги дрожат, я едва стою. Багров поддерживает и помогает сесть в чью-то машину.

— А куда мы? — успеваю спросить, пока он не отходит в сторону.

— Прокатимся в гости. Двигайся, с тобой сяду.

Я облегченно выдыхаю — кажется, сейчас я просто не могу отойти от него ни на шаг. Но когда Феликс оказывается рямом, замечаю, что его рубашка намокла и потемнела. Провожу пальцами и вижу, что это кровь.

— Феликс, ты ранен? — паника мгновенно накрывает меня, а он… Он вместо того, чтобы успокоить меня, целует. Долго-долго.

— Все? Полегчало? — участливо спрашивает после.

— Немного. Но это не отменяет того, что у тебя…

— Это царапина, — прерывает меня. — Ерунда. Сейчас надо кое-что закончить, а потом уже разберемся с остальным.

Мы куда-то едем, впереди двое мужчины в таком же одеянии камуфляжном. Я держу Багрова за руку — так мне спокойнее. Он сосредоточен и собран. Вижу, что думает о чем-то серьезном.

— А куда мы?

— В одно проверенное место."

"Больше я вопросов не задаю. Расслабиться и успокоиться не особенно получается — стоит закрыть глаза, как я вижу тот самый момент, когда нападавший заносит нож, а в следующее мгновение передо мной возникает Феликс и закрывает собой. Этот миг никак не отпускает меня. Он спас меня. Не знаю, было ли у того мужика намерение убить меня, но вряд ли он остановился и не стал бы меня калечить.