Хозяйка старой усадьбы

Прямо у меня на глазах один из постояльцев харкнул на пол, и продолжил пить своё пиво, которое, кстати, тоже частично капало на устланный соломой пол.

Да на улице намного чище!

— Комната на втором этаже."

"Потянула меня за собой нянюшка. Ничего не оставалось, пришлось ступить босыми ногами на влажную, липнущую к ступням, солому. Путь до лестницы я преодолела в рекордный срок и, поднимаясь по деревянным ступеням, попыталась незаметно счистить с ног прилипшую грязь. С непривычки наступила на длинный подол и чуть не съехала вниз.

— Намаялась деточка! Я велела ужин сюда подать.

Ужин это очень даже хорошо. Попыталась вспомнить, когда я последний раз ела. Кажется, больше суток назад, и то — чашку кофе. На том самом банкете в честь моего дня рождения, который сейчас кажется только сном, я так и не смогла себя заставить съесть ни крошки.

А ведь у меня, действительно, сегодня настоящий день рождения! Только сейчас эта мысль пришла мне в голову.

Крохотная комнатка с узкой кроватью и табуреткой, на которой стоял небольшой таз и кувшин с водой — вот и вся скудная обстановка наших апартаментов. Но сейчас я была рада чему угодно, мечтая просто вытянуться на кровати. Больше всего обрадовалась тазику и кувшину с водой. Пока нянюшка на минутку вышла из комнаты, я успела помыть ноги и теперь чувствовала себя почти счастливой.

Хотела вылить грязную воду в окошко, но оказалось, оно не открывается, рама затянута небольшим мутным куском слюды, который едва пропускает свет.

Нянюшка вернулась с огарком свечи и дородной рябой девкой, нёсшей поднос с нашим ужином. В животе предательски заурчало.

Плюхнув поднос прямо на кровать, девица молча развернулась и вышла.

На подносе лежали куски мяса, видимо, того самого кролика, что запекался на вертеле, пол краюхи ноздреватого свежего хлеба и кружка с отваром.

Только доев первый кусок, заметила, что нянюшка так и стоит, прислонившись спиной к стене.

— Нянюшка, а ты что не садишься ужинать?

— Да я краюхой хлеба обойдусь. А тебе силы нужны, вон худенькая какая. Видать тебя сёстры в монастыре голодом морили.

Убогая комнатёнка, старенькая, рассыпающаяся на ходу карета. Штопаная-перештопаная одежонка.