Хотите быть герцогиней?

Она и так наделала и наговорила хоть отбавляй. Ни слова больше не говоря, она пулей вылетела из комнаты.

Глава 16

В этот вечер обед прошел без обычных шуток и неумолчной болтовни Эммы. Эш предположил, что его жена просто пристыжена, – и поделом ей! Жаль только, что он не может перестать думать о ней – о ее сегодняшнем вторжении и бесстыдной лжи.

И о том, что она ничего не ест и не пьет вина.

– Вы не притронулись к супу, – не выдержав, сказал Эшбери. – Из-за вас и мне не хочется есть.

– Не беспокойтесь. – Эмма с мрачной решимостью проглотила ложку супа.

Он возвел глаза к потолку.

– Тогда выплевывайте.

Эмма замерла, и ее ложка замерла на полпути.

– Да не суп! Что вы хотите мне сказать?

Эмма положила ложку.

– Да. Нам нужно поговорить. Насчет сегодняшнего. Про то, что я испытываю к вам чувства.

Эш быстро взглянул на лакеев.

Слуги вышли.

Он снова уставился на свою бестолковую жену.

– Почему вы все время твердите об этом?

– Потому что вы постоянно спрашиваете! Потому что я должна кому-то сказать, но я не знаю, как говорить такое кому-то другому! – Она уставилась в свою тарелку.

– Была бы беда, – усмехнулся он, – не будь ваша влюбленность плодом вашего же воображения.

– Мое воображение тут ни при чем.

Герцог пожал плечами.

– Может быть, у вас скоро месячные? Слышал, что в такой период женщины сходят с ума и им мерещится то, чего нет.

– Хорошо. Значит, я сошла с ума. – Она бросила на него сердитый взгляд. – Вы такой же, как все мужчины! А я имела глупость влюбиться в вас, несмотря ни на что.

Теперь настала очередь Эшбери сходить с ума. И ему померещилось то, чего нет, а результатом были ревность и гнев.

– Кто это был?

– Разве это важно?

– Потому что, – сурово сказал он, – мне нравится знать имена людей, которых я презираю. Я записываю их в книжку, время от времени перечитываю, попивая бренди, и при этом меня разбирает зловещий смех.

– Это был один молодой человек, еще дома, вечность назад. Конечно, вам известно ощущение безумной влюбленности. Это не просто восхищение физическими качествами. Вы только и думаете что об одном-единственном человеке. Вы словно плывете сквозь время и распеваете песню, состоящую из единственного имени. И думаете лишь о том, когда же снова увидите предмет своего обожания.

– И вы говорите, что чувствуете себя именно так. Парите в небесах. Распеваете песни. Про меня.