Миллион оттенков желтого

— Ах, что же в нем доброго… — Марфинька поправила вуальку, одернула и без того безупречно сидящий жакет в стиле Шанель и шагнула на крыльцо, героически шмыгнув носиком. — Пойду я.

Мы с Иркой уважительно расступились, пропуская ее, и невысокая фигура в фиолетовом растворилась в сумраке старой парадной.

— Дыша духами и туманами… — пробормотала я ей вслед и перевела взгляд на тетю Иду. — Что тут происходит?

— Театр одного актера. — Тетушка развела руками. — Я имела неосторожность сообщить Марфиньке о смерти Фердинанда, и она решила, что непременно должна выразить соболезнования его вдове.

— Она могла сделать это в прошлый раз, почему сейчас?

Тетушка покачала головой:

— Ты забыла? В прошлый раз она была не в себе и даже не узнала Галину, потому и соболезновать ей не могла.

— И сейчас не сможет. — Ирка отошла к краю тротуара и запрокинула голову, пытаясь отследить перемещение фиолетовой фигуры по лестнице. — Вдовы нет дома.

— Боюсь, Марфинька захочет подождать.

Я поддержала ее под локоть и, завидев второго коробейника на колесах, предложила:

— Давайте уйдем с тротуара. Торчим тут, как три тополя на Плющихе.

— Ну, Лена! Три тополя на Плющихе — это же в Москве, — поморщилась тетушка.

Как настоящая петербурженка, она считает, что Белокаменная по всем параметрам и в подметки не годится Северной Пальмире, потому не заслуживает лишнего упоминания.

— Ладно, как три сосули над парадной. — Я не затруднилась подобрать аутентичное сравнение.

Тетушка довольно кивнула:

— Так-то лучше.

Скрипнула дверь. Марфинька в своем благородном полутрауре выступила на крыльцо и недовольно сообщила:

— Это возмутительно, мне не открыли! Гала даже не откликнулась, а какая-то особа из нездешних сообщила из-за двери, что «хозяйка ушел».

— Ушель, — автоматически поправила я произношение.

Все посмотрели на меня.

Я предпочла не углубляться в дебри лингвистики, глянула на часы и предложила:

— Федоскина вернется к обеду, хотите тем временем посмотреть мозаичный дворик? Он тут рядом.

О мозаичном дворике лучше рассказывать в цифрах: сколько ящиков битого кафеля, центнеров смальты, мешков цемента, человеко-часов ручного труда. Качественные характеристики не так впечатляют.

— Грубовато, нестройно, недолговечно.