Миллион оттенков желтого

Вообще меблировкой и интерьером не заинтересовалась, меня привлекло окно — я пошла к нему, как сомнамбула к лунной дорожке на озере.

Окно было высокое, узкое и так глубоко утопленное в толстую наружную стену, словно мы оказались в старинном замке. Впечатление дополняли гобеленовые шторы и черный кованый карниз с золочеными завитушками. За таким окном хотелось увидеть покрытые виноградниками волнистые холмы Тосканы, а не… что тут у нас?

Я отдернула тюль и выглянула в открытое окно.

— И что там? — лениво поинтересовалась Ирка уже с кровати.

— Улица Гагаринская.

— Названная в честь первого космонавта?

— Нет, в честь князя Гагарина. Она именовалась так с XIX века, а поблизости на Неве была одноименная пристань. Кстати, в советское время Гагаринскую трижды пытались переименовать: она была улицей Герцена, Наримановской и Фурмана, но в конце прошлого века ей вернули историческое название…

— Очень, очень интересно, — пробормотала подруга.

Похоже, она собралась еще поспать.

— Не то слово! — согласилась я, высунувшись подальше. — Ты только погляди, кого я вижу!

— Разбуди, если Гагарина. — Подружка повернулась на бок лицом к стене. — Хоть космонавта, хоть князя… Хр-р…

— Не смей храпеть, кажется, сейчас действительно станет интересно. Посмотри, кто стоит под окном!

— Белая береза? — съязвила Ирка, неохотно поднимаясь.

— Даже две, но не белые. Одна в бежевом, вторая в фиолетовом.

— Интригует. — Подруга подошла к окну, подвинула меня и втиснулась в проем.

Точно под нами на тротуаре грибочками торчали две шляпки — серо-коричневая и цвета ночной фиалки. Порывом ветра из-под полей второй выдуло темную вуаль — та затрепетала, как цветочный лепесток. Я уловила аромат знакомых духов и уверенно сказала:

— Это наши мадамы: тетя Ида и Марфинька. Что они тут делают?

— Спросим. — Ирка отлепилась от подоконника и решительно пошла к двери, а я — за ней.

Мадамы стояли в нерешительности посередине тротуара, четко между крыльцом и бордюром, ой, пардон, поребриком.

— Вы что здесь делаете? — сразу же спросила Ирка, выйдя первой.

Марфинька, судя по настроению, не склонная нынче к играм и шуткам, укоризненно молвила:

— Здравствуйте, Ирочка, Леночка!"

"— Добрый день, — пристыженно пробормотала я, но лучше не стало.