Каркуша или Красная кепка для Волка (СИ)

К тому, кто…

В общем, к кому угодно, но не к упрямому Кальянову-старшему, поджидавшему меня на крыльце в компании невозмутимой предательской морды Севера. Тот, заметив мою персону на пороге, коротко тявкнул и тут же отправился следом за братьями, опять устроившими кучу-малу на земле перед домом, напрочь растоптав остатки клумбы. Вот же, Иуда мохнатый!

— Не против компании? — Эрик в пару шагов оказался рядом со мной, внимательно и как-то даже нежно разглядывая мое явно уставшее и далеко не самое приветливое лицо.

— А что, у меня есть выбор? — вздохнув, пожала плечами, медленно спуская по ступенькам вниз.

— Как говорит одна не самая добрая личность, выбора нет только у трупа, так и так вскроют и закопают, — хмыкнув, Эрик каким-то уже привычным жестом перехватил мою руку, аккуратно вытащив ее из кармана и осторожно, бережно сжав ту самую, перебинтованную ладонь. — И то, есть варианты устроить тихий, мирный зомбиапокалипсис. Если уж так неймется.

— Любопытные у тебя знакомые, — невольно улыбнулась, чувствуя приятный комочек тепла, разрастающийся в груди и напрямую зависящий от теплых пальцев, скользящих по коже.

Романтичная дурочка в душе счастливо улыбалась, мечтательно вздыхала и кидала на парня томные взгляды. Удивительно, но сегодня мне даже не хотелось ее ничем стукнуть и задушить на корню глупый порыв прижаться на мгновение щекой к чужому плечу. А потом притворится, что я не я и хата не моя. И вообще, я случайно, да-да!

— Я бы сказал, занимательные.

От резкой смены темы разговора, я споткнулась и чуть не пропахала носом тротуарную плитку. Благо, Кальянов успел поймать меня до того, как случится конфуз. И теперь я ошарашенно хлопала глазами, глядя на него и не сразу замечая, что меня уже не держат за руку, нет.

Меня настойчиво так обнимают за талию, удерживая ненавязчиво, но крепко.

Ну а что я? Я пригрелась, сама не заметив, когда успела замерзнуть. И наслаждалась (в кои-то веки!) ничего не значащим флиртом, простой, ненавязчивой заботой и чужим искренним беспокойством, которым меня уже много лет одаривают разве что друзья, да Данька.