Как до Жирафа…

На сцене вещал товарищ из Бауффа, звенели регалиями друг перед другом бизнесмены, поблёскивали бриллиантами и просто стекляшками Сваровски разряженные дамы и не очень дамы, периодически играла музыка, вручали награды-статуэтки чёрт знает за что, фоном менялся за спиной свет. А мне всё стало безразлично. Даже забыл про Лану, сверлящую мне спину через несколько столиков. И про Сибирскую нефть с лицом гамадрила.

Передо мной был спектакль получше: Катерина говорила о книгах, о сюжетах, о героях, словно они были её соседями и гораздо более живыми, чем все вокруг.

Её глаза блестели, ресницы вспархивали, как две бархатные бабочки, губы… Чёрт, я сегодня же попробую эти губы! И хотелось прямо сейчас!

– Что же вы ничего не едите? – спросил я. – Попробуйте эти канапе. Мелочь, а приятно.

– Спасибо. Но мы же вроде на работе, – сказала Катя. – Сейчас набью рот, появятся ваши партнёры, и как я буду переводить?

Я махнул рукой:

– Да наплюйте вы на этих партнёров! Уже не появятся. Прокатили, мерзавцы…

– Жаль.

– А мне нет.

Пойдёмте лучше танцевать? А потом разыграется аппетит, мы съедим всё и ещё закажем. Кстати, ваш любимый «Dusk Till Dawn» играет, грех пропустить. – Я встал и подал ей руку.

– Но никто же не танцует, – растерялась она.

– Вот и чудно! Люблю быть во всём первым, – широко улыбнулся я.

Мне наградой было прикосновение пальцев к ладони, нежное замешательство и обволакивающая женственность так близко, что у меня закружилась голова. Кажется, нет ничего чудесней, чем щекотание сердца при взгляде, скрытая, но такая явственная дрожь предвкушения и лёгкий аромат духов, обещающий… Чёрт, пока лучше не думать, что обещающий, и так голову сносит!

Я провёл Катерину к свободной площадке у бассейна, аккуратно прижал её к себе, обхватив за талию и закружил.

И пофиг, что танцевать я особо не умею!

Глава 16

Играла моя любимая песня. Андрей был настолько близко, что я могла ощущать его парфюм, смешанный с естественным запахом. И он мне так нравился, что я была чуть пьяной без шампанского, несмотря на данное себе обещание быть строгой и противной.

Может, всё оттого, что он внимательно меня слушал? Извинился за жену. К счастью, бывшую. Или потому, что я ощущала себя красивой и видела отблеск восхищения в его глазах?

Тепло его крепких ладоней совсем не сдерживал тонкий шёлк, и мне казалось, что я ощущаю его пальцы на моей коже. Это пьянило ещё больше. И я улыбалась в ответ на его улыбку. Один раз можно…

Вдруг захотелось сказки, любой на выбор.