Измена. У тебя есть другая (СИ)

— С чего ты это взяла?

Я стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно более спокойно, хотя внутри меня бушует ураган эмоций.

— Да так, ничего, — отвечаю я довольно бодро.

Но мама, как всегда, проницательна.

— Да что тут говорить! Тебя к нам силком не загонишь, а тут... Случилось что-то! С мужем, никак, поругалась?

— Ты как будто ясновидящая, мам, — я пытаюсь улыбнуться, но выходит натянуто. — Так, что, приехать можно?

— Приезжай, конечно! — вздыхает мама. — Я всегда рада тебя видеть. К тому же мы собрались снимать груши! Будет, кому помочь отцу…"

"Вот, пожалуйста, та самая причина, по которой никто из нас не спешит приезжать к старикам: они до сих пор возятся с огородом и садом, хоть в этом нет никакой необходимости.

Родители страшно оскорбились и целых два месяца с нами не разговаривали после этого.

Но делать ничего, придется снимать груши.

И, в очередной раз попытаться уговорить родителей продать старый дом и переехать в квартиру.

— Даже не начинай! — бранится отец, услышав мое предложение. — Если мы с твоей матерью в квартире осядем, сразу сдадим и все болячки вылезут! — отмахивается.

Он расправляет мешок для груш и командует строгим голосом:

— Лезь давай.

Неважно, сколько тебе лет, рядом с родителями всегда чувствуешь себя ребенком. Поэтому я, приставив стремянку, залезаю с ведром, чтобы снять спелые груши с верхней ветки. Именно там, среди густых ветвей и ароматов спелых плодов, меня вдруг нагоняет воспоминанием: как я готовила грушевый пирог, по бабушкиному рецепту, а муж выхватывал горячий противень из моих рук.

Мне кажется, что я даже сейчас чувствую этот вкус на своих губах и его горячие, сильные руки.

Мираж кажется настолько реальным, чувствуется, все по-настоящему.

Я встряхиваю головой и вдруг теряю равновесие.

Падаю вниз, больно ударившись головой.

Кажется, у меня настала черная полоса.

Потому что я на ровном месте получила травму: рассекла боковую часть лба, до самого виска. Кожа опухла и пульсирует. Голова раскалывается.

Ни о каком сборе урожая не может быть и речи!

Лежу на диване, прижимая холодный компресс к голове. Но так же чувствую, что это как мертвому — припарка, у меня уже наливается большой синяк.