Идеальный мерзавец

Окоченела уже совсем к этому времени, а мечты согреться под горячим душем таяли на глазах — вода текла только холодная.

А еще в голове, как на зло, вертелись вопросы: каково это, ощущать в себе эту пробку? Каково вообще спать с Марком? Может быть, все не так хорошо, как кажется, поэтому он и прибегает ко всяким приспособлениям?

«50 оттенков», в свое время, произвели на меня яркое впечатление, особенно сцена с шариками внутри героини. Хотелось испытать что-то похожее и на себе, но было страшно, да и не решилась бы я провернуть такое в одиночку.

«Бабе нужен хороший член, — сказал он. — Это только тем мужикам, у которых с членом беда, приходится извращаться…».

Знаю, грубо, но таков уж Юра. Таким он был всегда, грубоватым и прямолинейным.

Мы познакомились на первом курсе, и он стал моим первым. Я не знаю, каково это — быть с другим мужчиной, кроме Юры у меня никого не было. Но мне всегда казалось, что секс он и в Африке секс, разве процесс может отличаться, если сменить агрегат, то есть мужчину?

Но я снова вспомнила аэропорт и туалетную кабинку.

Или почему у Марка имеется полный шкафчик всяких приблуд для секса, если у него — а я уверена, что это так, — с членом полный порядок?

Неужели процесс все же может отличаться?

Не представляю, каково это чувствовать на себе другие руки, не говоря уже о большем.

"Юра говорил, что ничего не чувствует, когда я сверху. И как только наша половая жизнь ограничилась несколькими позами, так и я перестала кончать рядом с ним.

«Ты вся такая зажатая, Вера, — говорил Юра. — Может хватит ждать, что я все сделаю за тебя?»

А мне просто-напросто было больно в позе, когда он сзади, вот откуда взялась вся моя зажатость, но я почему-то не говорила ему об этом.

Только Юра не собирался терпеть того же ради меня. Ему было проще отказаться от позы «Вера сверху», раз он ничего не чувствует при этом.

Все-таки разрыдалась, черт возьми. Как по расписанию. Обещала себе, что начну рыдать, как приземлюсь, вот истерика.