Идеальный мерзавец

И теперь я не намерена позволять никому управлять ею так, как хочется кому-то другому.

Я больше не буду той, кто не может сделать выбор в самолете между курицей и рыбой, не буду доедать все, потому что «мама старалась, готовила, разве ты не любишь маму?», не буду выбирать тех мужчин, которым плевать на мои желания и чувства. И не позволю, никому больше не позволю решать за меня, с кем жить и за кого выходить замуж. Пусть я сто раз ошибусь, пусть набью шишки, но они будут мои. Мои ошибки — и мне за них отвечать.

Мама стоит бледная и шокированная.

— Люди же смотрят… Вера, хватит.

С меня действительно хватит. Всего этого хватит. Я не хочу быть марионеткой. И хочу жить полной жизнью.

— Что скажут родители Юры?! Вера, одумайся!

Ничего хорошего они не скажут, а жить с их сыном только, чтобы не ставить их в неудобное положение, я не буду.

— Думаешь, ты своему хахалю нужна?! — несется в спину. — Ты еще прибежишь! Приползешь к Юрочке, умоляя простить тебя!..

Опять. Ничего нового от людей, которые привыкли тобой помыкать, услышать невозможно.

И ведь он был прав. Я действительно прибежала к нему, плевать почему, из-за шока или страха, но прибежала. И если сделаю это снова, если сейчас не уйду навсегда, то значит, позволю, чтобы об меня ноги вытирали.

— Вера! Стой, Вера!.. Ох, сердце прихватило, неблагодарная…

Иду, не останавливаясь. На меня смотрят и оборачиваются. Я все еще в платье невесты с изорванным и грязным подолом, с подтеками туши под глазами.

ГЛАВА 58

Марк

— В конец охренел, Марк?! — ревет Воронцов."

"Только что из клуба ушли полицейские, а врачи со скорой терпеливо ждут, пока я подпишу отказ от госпитализации. Оля с молчаливым осуждением берет у петуха Вовчика лед, который тот принес из-за барной стойки, и прикладывает к моему лицу.

— Какой же ты мерзавец, Марк, — вздыхает она, едва слышно.

Улыбаюсь, даже несмотря на то, что мне адски больно из-за разбитой губы. Расписываюсь, и бригада со скорой уводит одного из парней, который вмешался в массовую драку, где только у меня были свои счета с женихом, но я не учел его группу поддержки.

Гостей в клубе больше нет. Воронцов едва сдерживается, я вижу.