Яма

 – С какой стати я буду заключать союз с владыкой Ада? Конечно, его нужно прикончить. Раз он владыка Ада, пускай туда и отправляется. Но убить бога смерти задача непростая. Давай сделаем вид, что мы обдумываем п-предложение.

Оба приняли задумчивый вид.

– О чем они говорили? – спросил Яньло по-китайски, подняв лицо к потолку.

Потолок ответил на том же языке:

– Они не будут вам помогать, господин. Они тянут время, прикидывая, как бы вас убить.

Голубоглазый удрученно вздохнул.

– Убить меня вам не удастся, – сказал он по-английски.

– Росияго-о ситтэ иру хито га нусумикийта на[29], – покачал головой Маса.

– Риппана дзуно да![30] – буркнул Эраст Петрович, недовольный своим просчетом.

– Я так понимаю, что вы предпочтете какую-нибудь японскую смерть? – понимающе кивнул Яньло. – Что ж, это будет интересно.

– Вот вы обозвали меня дураком, говорящим очевидности, а я только что выяснил: тот, кто нас подслушивает, японского не знает, – укорил господина Маса, продолжая говорить на родном языке.

Но Фандорин был по-прежнему настроен язвительно.

– Это, конечно, очень п-полезная информация. Она сильно улучшает наше п-положение.

И перешел на английский.

– Я предпочитаю смерть в бою.

– При том, что у вас против меня нет ни одного шанса?

– П-плевать.

– Как угодно, господин Фандорин.

– Харакири делают самураи. А я – из якудза.

– Это японские т-триады? У китайских бандитов самым почетным и красивым способом самоубийства считается выпить ароматную воду с мелкими кусочками золотой фольги. Смерть наступает от удушья.

– Сам пей фольгу, – рявкнул Маса, решив, что хватит быть вежливым. – Я лучше выпью перед смертью чего-нибудь крепкого. А потом мы с господином попробуем свернуть тебе шею.

Однако Яньло учтивости не утратил.

– У меня великолепный винный погреб. Хотите коньяк из запасов Наполеона? Пятидесятилетний виски? Ром, поднятый с затонувшего пиратского корабля?

– Своё выпью.

Маса достал фляжку и отвинтил крышечку.

– Хорошо. Будете готовы – нападайте. Я даже сяду, чтобы немного выравнять шансы.

С небрежным изяществом Яньло сел на стул, еще и сложил руки на груди.

– Делай, как я! – рявкнул Маса по-японски и бросился к двери.