Я знаю — ты мой!

Магия легко пропустила ее, отворяя невидимый замок.

— Прочь! Я не хочу тебя ни видеть, ни знать! Свадьбы не будет!

— Литана… — растерянно выдохнул принц демонов, а затем выражение его лица стало более осмысленным, — милая, выйди, поговорим. Я объясню…

— Не отрицаешь, — дочь сжала кулаки, — вот и нечего вам, ваше высочество, здесь делать!

И так хлопнула дверью, что я вздрогнула.

Обняла девушку и повела ее в свою спальню. Где там у меня замечательные капельки? Сейчас накапаем в водичку, и Литана немного поспит.

А мама все решит… И папа поможет. Никому не позволю обижать дочь! Бедная моя девочка, так перенервничала.

Сильные удары сотрясали дверь недолго. Еще бы, даже Зейну Атей не позволит бесчинствовать у покоев императрицы, ломиться, когда ему прямо отказали в аудиенции. Он ему быстро рога в трубочку свернет. И поделом!

Еще час ушел на то, чтобы окончательно успокоить Литану. Но даже во сне по ее щекам текли слезы. Я тихонечко вышла из спальни и направилась к Сицилле. Уж ей-то должно быть известно больше моего.

Она скоро станет верховной и знать подноготную всех ведьм островов не просто должна — обязана!

* * *— Алиса, я все понимаю, но ты не подданная Ар рахских островов. Мы не обязаны раскрывать секреты даже ведьме, ставшей императрицей. — Талана смотрела мрачно и вместе с тем надеялась, что я пойму ее. — Ты ведь тоже не стремишься рассказывать подружкам и знакомым о тайнах, что хранит Авразар.

— Если их это касается напрямую — и расскажу, и покажу, и предупрежу. Заранее!

Меня переполняла злость.

Сициллу, судя по сжатым кулакам, тоже. Всего могла ожидать, но не того, что Талана заступится за ведьму, потребовавшую право последней ночи.

— Ты желала, чтобы моя дочь вошла в вашу семью. Наблюдала за ней десять лет, из кожи вон лезла, чтобы твой сын обрел счастье. И как же так вышло, что солому-то не подстелила? Ты! Та, которая знала о праве последней ночи? Ты и правда не понимаешь, какую боль причинили Литане?

— Она его пара, Алиса. Он ее не отпустит независимо от того, что произойдет сегодня.

И ты это прекрасно знала, обретя дочь…

Противный и саркастичный тон Таланы не оставлял ни малейшего сомнения, что она издевается, говоря о Литане как о дочери, напоминая, пусть и не напрямую, что своих детей я так и не родила.

— Вон! Вам отказано в нашем доме! — Меня трясло от ярости. Кем бы она ни была, каким бы могуществом ни обладала, но подобного я не спущу. — Женщине, пожелавшей для сына будущее монстра, не место среди нас.