Я знаю — ты мой!

Литана не отличалась ни поспешностью решений, ни глупыми капризами, а потому…

— Рассказывай, — потребовала я, — и ничего не утаивай.

Минут через двадцать в общих чертах разобралась в происходящем.

Да, у демонов были любовницы, в том числе ведьмы. Это считалось нормальным. В конце концов, они же их и инициируют. Но я не знала, что ведьма не просто получает привилегии и подпитывается от своего первого мужчины, но и при расставании имеет право последней ночи. За это я еще Сицилле, Талане и Кристарис по голове настучу! Ладно, я не знала, но они-то куда смотрели?!

Когда Зейн обрел свою пару, встретив Литану, он оборвал связи со всеми ведьмами, которых когда-либо инициировал.

Да их и было-то всего трое. Любовниц из демонесс у него не осталось. Спасибо Атею, который не просто проконтролировал этот вопрос, но и доступно мне объяснил. Зейн добровольно отказался от интимной жизни на время, необходимое для взросления его пары.

А теперь нарисовалась следующая картина. Одна из ведьм, десять лет не посягавшая на счастье Литаны, вдруг вспомнила о своем праве последней ночи, от которого не отказалась при расставании.

Почему наследник этого не потребовал? Повелся на честность бывшей подруги?

Собственно, Зейн не мог отказаться. Чем думала ведьма — непонятно, всем известно, что встретивший пару демон ни с кем разделить ложе не сможет, не тогда, когда девушка созрела. С другой стороны, у них была связь — прочная магическая нить, что пропускала энергию мира, наполняя резерв демона и щедро беря у самого демона стихийную магию.

Возможно, именно она позволит остаться ведьме в живых после ночи."

"Причем речь о сегодняшней ночи. Интересно, какая сволочь Литане о ней поведала? Будь я на месте дочери, ни за что не простила бы, если бы мне такое сказали после, а не до…

— Свадьбы не будет, — эхом повторила Литана. — Не прощу. Ни за что! Случись это раньше или хотя бы не перед самой свадьбой… Я же понимаю — традиции, ведьминские законы, но…

Дочь расплакалась пуще прежнего, а мне захотелось собственноручно придушить Зейна.

А заодно и ведьму, осмелившуюся так поступить. Сколько у меня есть времени? День? Найду… и прибью. И Талане скажу, она меня не только поддержит, но и поджарит нахалку.

В дверь забарабанили, я лишь подивилась, как она с петель не слетела.

— Литана, я чувствую, что тебе плохо! Что случилось?! Алиса, разреши мне войти!

— И он еще спрашивает, — пробурчала я, не успев остановить дочь. Она стремглав вскочила с дивана и распахнула двери.