Я заберу свою дочь

Снова только эта банальность вертится на языке.

- Тебе нельзя себя изводить. Надо успокоиться, - смотрит невидящим взглядом на противоположную стену. Говорит слишком спокойно, очень отстраненно. Душит эмоции внутри, блокирует их выход.

Но я знаю, чувствую, понимаю, как он меня ненавидит.

И я презираю кровь, которая в нем течет. Сын монстра. Он в этом не виноват. Но мне от этого не легче. Я хочу оградить себя от всего, что связано с Владимиром Дорофеевым. Существом, искалечившим мою жизнь, душу, судьбу. Ради забавы, уничтожившего мою мать.

- Как он тут оказался? – спрашиваю глухо. Голос пропал, есть только хрип искалеченной души.

- Он теперь чист перед законом, - скалится. – Тебе не стоит волноваться… я его не подпущу к тебе.

Горько ухмыляюсь… Если монстр ставит перед собой цель – он ее достигнет. Тут Константин явно недооценивает своего отца.

- Сейчас он опасней, чем прежде… - все же озвучиваю опасения.

- Неужели? – по лицу Константина пробегает тень, презрение, обиды, боль.

Он многое хочет мне сказать. Слова так и рвутся наружу. Но он их сдерживает. Беспокоится за ребенка. А когда я рожу? Что тогда? Не откажет себе в мести? Решит закончить за отца начатое, и уничтожит меня окончательно?

Константин его сын! Это перечеркивает даже робкие надежды хотя бы на наше нормальное существование.

- Если ты думаешь, что я испытываю к твоему отц… этому существу, что-то кроме ненависти… презрения и страха, ты сильно ошибаешься, - мои слова звучат резко, хрипло, болезненно.

- Неважно, - поднимается с пола. - Ты больше его не увидишь, я сделаю для этого все.

Не верю. Даже если Константин верит. Дорофеев никогда не отступит от цели.

- Ты давно знаешь… кто я? – пытаюсь протолкнуть горький ком в горле, но он лишь сильнее душит.

- Еще до нашей встречи, - в серых глазах плавится сталь, там ураган ненависти и отчаяния. Его боль созвучна с моей, но все же они слишком разные.

Понимаю, почему он сменил фамилию. У меня такая же дикая потребность уничтожить все, что связывает меня с тем монстром. Только есть вещи, которые нельзя исправить или изменить. Они навсегда оставили кровавее раны в наших душах.

- Интересно, сколько раз ты мысленно хотел меня прибить? – глотаю ядовитые обжигающие слезы.

- Люб, ни к чему эти разговоры, - в глазах сожаление, - Имеем, что имеем, и нам надо приспособиться к ситуации, - фраза звучит заученно.