Его Уязвимость

Раньше меня устраивало мое местечко, а сейчас я понимаю, что просто замкнулась в своем маленьком гнезде, не желая вылупляться из скорлупки, отгородилась ото всех.

И я бы и дальше оставалась в своей броне, если бы Димитрий Кац своим повелительным голосом не приказал бы мне явиться перед зеленые очи свои.

Беру один из ящиков, которые для лишней документации отведены, и начинаю собирать свой скарб.

Сердце сжимается и кажется, что я сейчас со своей жизнью прощаюсь. Со всем, что для меня дорого, что ценно. Со всем тем, что составляет частичку меня.

Димитрий…

Он уже переворачивает мою жизнь.

Резко захлопываю коробку, беру верхнюю одежду и покидаю кабинет.

I’ll think about it tomorrow – как говорила Скарлет.

Завтра… я подумаю об этом всем завтра…

Глава 15

Музыкальная тема главы

Вивальди – “Времена года”

Соло для Скрипки

Дорога до дома не занимает много времени. Подхожу к остановке, давно изучила распорядок транспорта, и через минут пять желтый автобус со скрипом раскрывает передо мной дверцы, и я взбираюсь на неудобную, грязную ступеньку, прохожу в самый конец полупустого транспорта, располагаюсь у окна.

Наблюдаю за улицами родного городка, за природой и деревьями, готовящимися зацвести, покрыться зеленью и привнести в наш холодный край тепло, в котором я так нуждаюсь.

Сжимаю холодными пальцами коробку и улыбаюсь. Внутри играет мелодия, она заворачивается вихрем и уносит все тревоги.

Неуклюже выхожу на ближайшей к дому остановке и прохожусь немного пешком, вдыхаю чистый холодный воздух родного края.

Все говорят, что у нас в Сибири воздух сладкий, не такой, как в больших городах, где все загазованно, но мне сравнивать не с чем.

Разве что с хрустальным ветром Алтая… Вот там и вправду дышишь и ощущаешь сладость...

Мы еще в школе ездили с ребятами в лагерь, и это лето я запомнила как одно из самых счастливых в моей жизни.

Там, на склоне горы, Пашка, нарвав ромашек, посмотрел мне в глаза с высоты своего роста и, покраснев, сказал:

– Кать, ты самая красивая девчонка, которую я когда-либо видел…

Мой звонкий смех разлетелся колокольчиком по округе.

– Николаев, прекрати!

– Я правду говорю, не могу в толк взять, почему ты не хочешь видеть, как пацаны за тобой шеи сворачивают?!

Хохочу еще громче и отвечаю:

– А ты?! Ты тоже?!

– Мне давно крышу снесло, Морковка с длинной косой, только я тебе друг… не более…

Воспоминания наводят грусть и тоску. Павел теперь в Москве, а я здесь. И жизнь моя совсем не та, о которой я мечтала.