Его Уязвимость

Нужно забрать свои вещи, родные сердцу безделушки, да и верхняя одежда осталась висеть на вешалке.

Понимаю, что где-то даже я специально засиделась, чтобы не идти в рабочие часы. Наверное, девочкам жутко интересно, но…

Не могу пока. Я не готова к расспросам, мне нужно переспать со всем тем, что случилось со мной и, как чует сердце, еще случится…"

"Ноги ступают по коридорам, а я всячески отгоняю мысли, не хочу рассуждать, не хочу думать и самое главное – пока не могу принять дилемму и ответить для себя на вопрос:

готова ли я сказать Димитрию, что маленькая мышка, отобранная биг боссом в референты, является подсадной уткой, которая должна вынюхивать планы бизнесмена и докладывать о них местному руководству.

Не снесет ли Кац гонцу, принесшему дурные вести, голову, и поверит ли вообще?!

Кто я?!

Девчонка, которую выбрали за знание языка, неподходящая, но я четко для себя понимаю, что стучать на Димитрия не буду, а если меня Петрович припрет к стенке…

Вот тогда и решу, что буду делать.

Открываю дверь, захожу в кабинет, где ютились мы с девочками, подхожу к столу, провожу пальцами по своей чашке.

Взгляд цепляет брелок. Играю с симпатичной мордашкой веселого мультяшки, которого когда-то подарил мне Паша…

Мой друг уехал воплощать нашу мечту в жизнь, а я осталась...

Дергаю гномика за желтые торчащие во все стороны космы, а перед глазами светлое лицо моего парня.

– Вот, Катька, лови! Какие глазюки выпученные у гнома, прямо как у меня! Будет тебе настроение поднимать!

И опять меня тянет поплакать.

Жму на нужный контакт и жду.

– Морковка, привет! – радостный голос и старое прозвище, прилепившееся из-за косы, заставляет улыбнуться.

– Привет, Долговязый… как дела?

– Нормалек, Москву покоряем, только эта гадина не дается, но где наша не пропадала, да, Катька?!

Настроение светлеет. Все-таки я привыкла к этому безалаберному типу с его шуточками.

– Да, Николаев, прорвемся, – мой ответ пропадает в резком гуле, и я понимаю по громким битам неприятной электронной музыки, что, кажется, Павел где-то в клубе.

– Кать, я тут подработку взял, я тебе потом напишу, ладно, Морковка?! Не вешай нос, прорвемся! – кричит в трубку Паша и я, не желая отвлекать друга, быстро прощаюсь.

Кручусь на своем старом кресле, отмечая его жесткость. Так, наверное, и в жизни. Все действительно познается в сравнении.