Грех Захарова

Сама захотела. Но у меня не было другого выбора.

И снова он кому-то звонит. Но в этот раз, как я поняла, той самой Яне, которую я толкнула в прошлый раз в больнице и сбежала.

Через полчаса мы оказываемся на месте. Тимур крепко сжимает мою руку, будто боится, что я сбегу. Но уже некуда. И не от кого. Мне стыдно смотреть в лицо девушки. Поздоровавшись, опускаю взгляд.

Лежу на кушетке, а Тимур рядом – сидит на стуле. Узист внимательно смотрит на монитор, и на миг мне кажется, что она улыбается. Я пытаюсь всмотреться в экран и понять, что там изображено, но ни черта не понимаю.

– Все нормально? – спрашивает Захаров, сжимая мою ладонь своей.

Он прижимается губами к нежной коже, целует тыльную сторону. А потом кончик каждого пальца. Я бы с удовольствием выдернула руку, но не хочу показаться идиоткой. Ведь врач не знает, какие у нас отношения.

– Замечательно, – говорит она, глядя на нас и улыбаясь. – Смотрите…

Врач поворачивает ко мне монитор и указывает сначала на одну точку на экране, потом на другую. Я не поняла…

– У вас родятся близнецы, – сообщает она.

Я будто дар речи теряю. Оборачиваюсь к Тимуру, встречаюсь с его точно таким же растерянным взглядом, как и мой.

– Близнецы, – повторяет он. – Вы уверены?

Какой глупый вопрос. Но мне тоже интересен ответ.

– Серьезно? Близнецы? – переспрашиваю.

ГЛАВА 32

Смотрю на Захарова и не могу понять, что я сейчас чувствую. Несколько дней он такой серьезный и… Терпеливый. Пропускает мимо ушей все мои слова. Раньше хоть как-то реагировал, отвечал.

– Ты сегодня до пяти на работе, верно? – спрашивает.

Тимур поднимается и подходит ко мне. Достает из шкафчика над моей головой стакан, но не отстраняется. Стоит настолько близко, что запах его парфюма проникает в легкие. Я сглатываю, упираюсь ладонями в его грудь, смотрю вопросительным взглядом.

– Заеду за тобой, – говорит, касаясь большим пальцем лица, гладит нежную кожу.

Киваю, пытаюсь ускользнуть. Тимур кладет руку на мою талию, притягивает к себе. Целует в висок, обжигая кожу горячим дыханием. Щетина царапает, а вторая ладонь по-хозяйски шарит по моей спине. Еще один поцелуй, но в этот раз в уголок рта.