Грани чести

Из-за всех этих откровений моё утро началось не с кофе (которого всё равно не было), а с медитации. Погрузившись в медитативный транс, я «вспоминал» уроки артефакторики в Школе. К счастью, это было не сложно, так как этой дисциплине во время обучения уделялось довольно много времени.

Часа через полтора, в должной степени обновив свою память, я умылся и спустился в столовую. Как раз к завтраку. Эльза не забыла про вчерашний разговор и напекла вкуснейших блинчиков. Но составить мне компанию за столом снова отказалась.

Попросив немку позвать меня к обеду, я спустился в мастерскую и приступил к работе.

Первым делом я занялся изучением набора артефактора. Мне нужно было нечто вроде магического пера, с помощью которого можно было бы наносить руны на олово. К счастью такое нашлось. Даже несколько разновидностей. Примерив их к своей ладони и выбрав лучше всего лежащий в руке стальной стержень с деревянной ручкой, я перешел к следующему этапу – подаче Силы на его кончик. Больше всего я опасался, что пропускной способности моих энергоканалов не хватит и на это, практически не маназатратное действие.

Очень медленно, с ювелирной точностью, пользуясь увеличительным стеклом, я выводил нужные руны на лечилке. Это занятие снова настолько меня увлекло, что я совсем потерял счет времени.

Последнюю руну, активирующую общую вязь, я нанес лишь в семь часов вечера. Полюбовался на получившийся результат, убедился что всё и в самом деле работает, и понял, что совершенно выбился из сил. Ни о каких тренировках сегодня не может идти и речи. Даже на легкую разминку ресурсов организма уже не хватало.

Поэтому я плотно поужинал, попросил Эльзу разбудить меня в шесть утра и лёг спать. Завтра в школу!

Глава 7

Делай, что можешь, с тем, что у тебя есть, и там, где ты находишься.

Теодор РузвельтПроснулся я сам, без десяти шесть. От вчерашней усталости не осталось и следа. Чувствовал себя отдохнувшим и готовым к новым свершениям. Даже больной бок почти не беспокоил. А уж когда повесил на шею лечилку, то и вовсе про него забыл.

Умывшись и совершив все положенные утренние дела, я спустился в столовую, где вовсю уже суетилась Эльза.

– О, боярич! – удивилась немка.