Горничная особых кровей

— Не трусьте, — шепнула она, когда я начала выискивать Гоина в зале.

Залу оформили празднично, очень цветасто, обозначая весну, расцвет, надежды. Мне не приходилось сомневаться в умении Лили все организовывать, и во вкусе Элайзы. Она, а не Гоин выбирала декор, заказывала цветы, утверждала меню.

Отбор был заявлен и для женихов, и для невест. Некоторые гости были мне знакомы, некоторые явно прибыли из глубинки, если судить по широко распахнутым глазам и неуверенности, смешанной с восторгом. Так же и с нарядами: кто-то был облачен в элегантные одежды, кто-то — одет слишком крикливо.

Черными изваяниями тут и там встречались центавриане. Я кивнула одному — помню, мы с ним в лесу обороняли накопители. Смешались энергии, запахи, звуки; чувствовалось, что все взбудоражены.

Первый яркий Отбор за многие годы — такое событие!

Мы с Элайзой плыли к местам для светлейших, расточая улыбки и приветствуя того, этого, ту, эту… Сколько, оказывается, красивых девушек в Дарне! И большинство из них блондинки с тонкими чертами и темно-синими глазами.

Сразу видно лирианское наследие. Именно на таких вот нежных блондинок пристально глазели центавриане. Самых лучших выделяют, глазастые!"

"Владетеля в зале еще не было, но он должен был появиться вот-вот. Зато Ильмонг уже вовсю развлекался, развлекая собравшихся вокруг него фанаток шутками и легкой болтовней. Той что угодно может нести, его голос сам по себе привлекает юных красавиц, как мед — пчел. Лысину артист скрыл каким-то блестящим тюрбаном, брови ему мастерски нарисовали — я даже издалека их видела.

В остальном же его костюм, вопреки обыкновению, был строгим.

Знали бы девы, что их любимый апранец лыс! Причем, везде. И, если судить по словам Лили, надолго.

Ильмонг заметил нас, обжег откровенно восхищенным взглядом. Прижал руку к сердцу в знак того, что поражен. Элайза улыбнулась, решив, что этот жест лишь для нее одной предназначен.

Мы прошли дальше, туда, где было тише, а молодняка — поменьше.

— Блага, — к нам подошел Аркадий. Он тоже сегодня изменил своим привычкам и выбрал элегантный темно-темно серый костюм, подчеркивающий сумрачно-грозовой оттенок его глаз.

Я впервые видела Ветрова таким представительным, в одежде, которая не делает его грубее и проще, а которая подчеркивает его мужественные черты лица и гордую посадку головы. И не одна я заметила, насколько Ветров интересен сегодня. Элайза удивленно приподняла тонкие брови.

— Вы ошеломительно прекрасны, светлейшие, — произнес землянин.