Горничная особых кровей

Если их коснуться, они напитывают эо до предела. Как только предел достигнут, они начинают энергию забирать. Если не убрать руку с кристалла вовремя, он убьет. Как правило, момент «предела» все ощущают, и успевают убрать руку. Но если человек не поймет, когда «пора», и не уберет руку вовремя, то погибнет. Поэтому существует правило: первый контакт с жертвенным накопителем должен производиться вместе с тем, кто его уже касался. То есть, преемник впервые касается эо-ши с владетелем.

— Думаю, последние дарнские владетели не заряжали накопители.

— Почему же, заряжали. Но не от себя. Зачем отдавать свою жизнь, если можно пожертвовать кем-то из подданных? — тихо проговорил альбинос и выразительно на меня посмотрел.

Я снова кивнула, и сделала вид, что осматриваюсь. А что, если жертва для накопителя — это я? Во мне лирианская кровь, у меня высокий уровень эо, и только этим я могла быть ценна альбиносу все это время.

«Кажется, так и есть. Я — жертва. Поэтому он меня сюда и притащил». Осознав, что влипла по-крупному, я почему-то я не испугалась.

Центавриане меж тем достали из сумок нечто блестящее и плотное вроде сетки, и начали укладывать в этот материал накопители с помощью эо. Как хорошо быть психокинетиком! Не нужно касаться смертоносного накопителя руками. Уложив три накопителя, мужчины что-то уточнили у Малейва и начали возвращаться.

Ветров подошел к нам, что-то прострекотал Малейву.

Малейв прострекотал что-то в ответ.

Ветров что-то уточнил.

Малейв что-то ответил.

Пауза.

Еще один вопрос, еще один ответ.

Пауза.

Наконец, Ветров посмотрел на меня долго и холодно. Я будто в ледяную прорубь окунулась..

— Удачи, — бросил Аркадий и последовал за единственным оставшимся центом. Они быстро пошли вперед и вскоре пропали в темноте. Я провожала мужчин взглядом.

— Они найдут путь обратно? — спросила я; голос немного охрип и выдал нервное возбуждение.

— Конечно.

Я окинула взглядом оставшиеся кристаллы, полагая, что за ними вернутся позже.

— Зачем вам накопители, светлейший? — спросила я, не отрывая взгляда от эо-ши. — Вы же итак безупречны.