Горничная особых кровей

Сестра Лили, поняв, что нам нужно поболтать, отошла.

— Регина, что ты молчишь!

— Лили, я светлейшая.

— Да, я знаю, что по рождению ты светлейшая.

— Не только по рождению. Теперь еще и по факту. Он пожаловал мне титул.

— Кто? — растерялась от удивления управляющая.

— Альбинос.

С управляющей у нас всегда были сложные отношения. Скажи я о титуле раньше, до сцены в гардеробной, Гримми бы окатила меня презрением и сказала бы что-то вроде «Титул, данный за заслуги в постели — это не титул, а позор!» Но жизнь штука непредсказуемая.

— Он вернул тебе титул? — очень осторожно уточнила Лили.

— Не вернул. Пожаловал. Разница в том, что прежде я была веронийской барышней, теперь стала барышней дарнской.

Настала длинная пауза.

— Тогда переодевайся. Немедленно! Барышня не может разгуливать в таком виде!

Взяв под руку, Гримми увела меня в чью-то комнатушку. Помня о том, что мне идти в хранилище, я наотрез отказалась переодеваться в платье. Зачем? Неудобно же. Лили негодующе фыркнула, но сдалась, и принялась приводить мои волосы в порядок.

— Зачем? — не понимала я.

— Затем! Барышня должна быть опрятной!

— Лили, это не имеет значения! Мне уже пора выходить!

— Сиди!

Она не опустила меня, пока не убрала волосы в высокий тугой хвост, и не заставила надеть теплые носки. Кажется, новость о том, что я отныне светлейшая, повлияла на управляющую сильнее, чем на меня. Причем, она не спрашивала, почему, за что, как так вышло… Просто приняла как факт — я светлейшая.

Когда я вышла на улицу, владетель уже был там. Рядом с ним стояли Аркадий и центавриане с рюкзаками и сумками, а также — с оружием. Пистолеты-парализаторы и мазеры — оружие, которое послужит даже в зоне деструкции. Снегопад не прекратился, и мягкие хлопья снега ложились на их черноволосые головы.

«Красиво смотрятся», — отметила я про себя. Пройдет немного времени, и местные девушки начнут всерьез интересоваться этими чужаками с далекой системы Альфа Центавра."

"— Готовы, сударыня? — поинтересовался Малейв.

Лица тех, кто привык, что ко мне обращаются исключительно как к «горничной», вытянулись. А Ветров и вовсе «завис», даже ухо потрогал, не уверенный, что слух его не подвел.

Насладившись сим моментом, я бодро ответила:

— Готова.

— Нам придется идти пешком, и идти быстро. Все еще готовы?

— Готова, светлейший.

— Тогда в путь.

Владетель дал еще несколько распоряжений по-центавриански, и мы пошли по дороге значительной такой компанией.