Граф Аверин

И никогда не корми со стола.

– Конечно, само собой. А ну иди сюда, негодник! – Она завертела головой, ища кота.

Кот нашелся под креслом. Она выволокла его оттуда за лапы и поднесла к столу.

– Нельзя! – строго сказала она. – Нельзя сюда залазить!

Аверин внимательно посмотрел в глаза зверю:

– Слушайся ее, – сказал он.

Кот моргнул.

Маргарита отпустила кота и погладила по спине:

– Вот, молодец, хороший. Все-все понимает. Как вы его назвали?

– Так Кузя же, – Аверин улыбнулся. – Извини меня за вчерашнюю шутку.

– Кузя… вот так Кузя, – рассмеялась Маргарита и направилась на кухню.

Кот, смерив Аверина пристальным взглядом, прошествовал за ней.

Через некоторое время Маргарита появилась снова. В руках у нее была большая сумка.

– Я за продуктами. И надо ему прикупить все необходимое.

Аверин вопросительно приподнял бровь.

– Ну как же? Мисочки, – Маргарита загнула один палец, – лежанка, когтеточка, лоток, ну не будет же он гадить в саду, надо приучить, игрушки…

– Так, так, я все понял, – Аверин поднял руку, – бери все, что нужно.

Дверь за Маргаритой закрылась. Аверин выглянул в окно, убедился, что экономка ушла, повернулся к коту, щелкнул пальцами и скомандовал:

– Человеческая форма.

Тотчас же на месте кота появилась скорчившаяся фигура юноши. Аверин даже моргнуть толком не успел. Весь процесс трансформации выглядел так, будто один кадр заменили на другой.

На самом деле процесс изменения не был мгновенным, просто за его скоростью невозможно уследить обычным человеческим взглядом.

Но высшие формы… У них трансформация происходит очень быстро. И совершенно незаметно, даже для колдуна.

Юноша тем временем выпрямился и принялся оглядываться по сторонам.

– А что, миленько тут, – он растянул губы, обнажая зубы, – тетенька добрая. Можно жить."

"– Я тоже не злой, если ты будешь послушным.

– Ага. На стол нельзя, я понял. И воровать еду не буду. А что я делать-то должен? Никогда не служил колдуну. Жрал их только. – Парень облизнул губы и коснулся языком маленьких, но довольно острых и хорошо заметных клыков.

Аверин внутренне поежился. Он вспомнил вдруг, как его буравил взглядом полицейский див Владимир.