Гамбит принца

Упрямство характера, которое заставляло Аймерика вступать в драки с солдатами в два раза больше него самого, также помогало ему не отставать от тренировки, невзирая на боль и усталость, которые ему приходилось преодолевать физически. По крайней мере, в таком состоянии он не способен устраивать проблемы. Никто не будет затевать драк: все слишком вымотаны.

Пока Дэмиен смотрел, Аймерик открыл глаза и пустым взглядом посмотрел на огонь.

Несмотря на все осложнения, которые Аймерик доставлял отряду, в Дэмиене проснулось сочувствие.

— Ты в первый раз в походе? — Спросил он.

— Я могу не отставать от остальных, — сказал Аймерик.

— Я это видел, — ответил Дэмиен. — Я уверен, что твой Капитан тоже видел. Ты хорошо поработал сегодня.

Аймерик не ответил.

— В таком ритме пройдут следующие несколько недель, и у нас месяц, чтобы добраться до границы.

Дэмиен произнес это достаточно теплым тоном, но Аймерик ответил натянуто:

— Я могу не отставать от остальных.

Дэмиен вздохнул, поднялся и уже сделал два шага в направлении шатра Лорена, когда Аймерик окликнул его:

— Постой, — сказал Аймерик. — Ты, правда, думаешь, что Йорд видел?

И затем залился румянцем, словно выдал что-то лишнее.

* * *Открыв занавес шатра, Дэмиен был встречен холодным взглядом голубых глаз, которые, напротив, не выдавали ничего.

— Разбор полетов, — сказал Лорен.

Были проанализированы события дня. Дэмиену задали вопрос, на который он честно ответил: люди были не безнадежны. Они бы не стали прекрасно натренированным отрядом за месяц. Но они могли кое-чему научиться. Они могли научиться держать строй и противостоять засаде. Они могли научиться основным маневрам. Дэмиен изложил, что, как он полагал, было реально.

Два месяца, сказал Йорд прямо, будут чертовски полезнее, чем один.

Лорен ответил:

— К сожалению, мой дядя дал нам задание в виде службы на границе, и, как бы я ни хотел иного, в конце концов нам придется прибыть туда.

Йорд фыркнул. Они обсудили некоторых из людей и подправили план тренировок. Йорд умело выявлял корни проблем в лагере. Он считал само собой разумеющимся, что Дэмиен был частью беседы.