Феромон

И всё несётся в какую-то глубокую жопу.

- Ни с кем меня не соединяй, - злой Хант проносится мимо в свой кабинет.

Подавляю с себе желание ядовито поинтересоваться: - Даже с Ивой?

И едва успеваю открыть рабочую программу, как у секретарского бокса вырастает разносчик пиццы.

- Простите, а мистер Хант? - сверяется он с адресом.

Они что там с Йорном совсем охренели? Пиццу заказали?

- Пицца, - сообщаю я в интерком.

- Какая ещё пицца? - рычит Хант.

И до того, как я успеваю огрызнуться, он сам вырастает на пороге.

- Мистер Хант, - открывает разносчик коробку.

Исчезает парень ещё быстрее, чем появился. А я смотрю на ползущие на лоб глаза Ханта, пока он читает бумагу.

- Это что вообще за хрень? - протягивает он мне документ, словно не доверяя собственным глазам.

- Тебя обвиняют в сексуальном домогательстве... - пропускаю я громоздкие формулировки, - ... с использованием неизвестного вещества... некая Лили Гринн.

37. Эйвер

- Кто такой Питер Джеймс? - Анна возвращает мне повестку. - Если мне не изменяет память, это же он выступал обвинителем в деле Теи Андерсон?

- Вот говнюк! - неожиданно отрезвляет меня её простой вопрос.

- И опять домогательство, - звучит мне в спину её уверенный голос, и, боюсь, вопросов ко мне у неё сейчас будет много.

- Он считает, что я переспал с его женой, - хорошо хоть в глаза ей это говорить не приходится.

- А ты переспал?

- Нет. Я не сплю с замужними женщинами.

- Но он этого, видимо, не знает?

- Да мне срать, что он знает, а что нет, - резко разворачиваюсь.

- Хорошо, я всё сделаю. Но если хочешь меня отправить, чтобы не отвечать на неудобные вопросы, то зря стараешься, - и не думает она уходить. - Кто такая Лили Гринн?

- Мой психотерапевт. Несостоявшийся. Я был у неё всего раз, - скорее зло падаю, чем сажусь на стул. - Если это всё, то мне надо работать.

- Нет, это не всё, - поправляет она на полке меч, видимо, сдвинутый уборщицей.

- Понятия не имею, - смотрю как нежно её пальцы скользят по гарде, касаются литой бронзовой рукояти, над которой отец работал, кажется, дольше, чем над клинком. - Мне всегда нравился этот акинак.

- Это ксифос, а не акинак, - ведёт она по узору на лезвии. - Акинак тяжёлый, прямой, треугольный. А это лезвие листообразное. К тому же перекалённое, - её палец упирается в остриё. - Кончик сломан.