Забракованные

Вернее, как раз видела, как тот отряхивал брюки, отгоняя от себя любвеобильную Шебу, да и с лошадьми тот особо не любезничал — не обижал, но и лишний раз не контактировал.

— Обожаешь смотреть издалека? — прищурившись, уточнила она.

Дрейден хмыкнул.

— Подловила, — усмехнулся затем. И неожиданно поделился: — Я вырос в деревне. Чистил конюшню и свинарник этими самыми руками. — Выставил перед собой ныне холеные руки кабинетного работника и для наглядности покрутил запястьями. — Так что, считай, переобщался.

— Зазнался, — беззлобно пожурила его Амелия.

И тот даже не стал отпираться.

— Есть такое. К хорошему быстро привыкаешь.

Что есть, то есть — не поспоришь. Она тут всего ничего, а уже начинала привыкать к такому неформальному общению, возможности идти куда хочется, и вести себя так, как считает нужным, а не как положено этикетом или кем-то велено.

Мэл кивнула и снова отвернулась к загону, наблюдая за наевшимся рыжим, который вновь отправился «на прогулку», забавно передвигаясь на своих еще чересчур длинных и тонких ножках.

— Тебя Рэйм, кстати, искал, — сказал Дрейден. — Я обещал передать, если увижу.

Амелия мгновенно напряглась. Что Монтегрейну могло от нее понадобиться? Не решил ли он тактично покинуть спальню утром, чтобы потом обсудить все на свежую голову?

— Хорошо, дождусь Дафну и Олли и поеду.

Кристис пожал ближайшим к ней плечом.

— Да он вроде не торопил. Значит, дело несрочное.

Отступил от ограды, нагнулся, сорвал с земли длинную травинку и, опять облокотившись на бревна, сунул ту в зубы.

— Рэйм мне рассказал…

Мэл, успевшая убрать, чтобы уйти, с ограды всего один локоть, замерла, не веря своим ушам. Ведь обещал же, что никому не расскажет о свойствах ее крови, слово давал… Снова ошиблась?

— …Про Гидеона.

И у нее чуть не подогнулись ноги от облегчения. И еще стало чуточку стыдно — так привыкла ждать от людей худшего, что и сама стала не лучше.

"Амелия невесело улыбнулась, покачала головой.

— Разве то, что я не по своей воле помчалась замуж, было не очевидно?

— «Своя воля» мотивируется по-разному, — философски изрек Дрейден, продолжая катать в зубах травинку. Мэл не стала спорить. — Он предлагал мне титул, — сообщил доверительно.

Она моргнула от неожиданности.

— Кто?

— Гидеон, конечно, — Кристис хохотнул. — Словом короля, разумеется.