Забракованные

Бросив пуговицы, так и не застегнув две нижние, он замер перед ней, глядя с некоторой опаской. Волнистая черная прядь взъерошенных не иначе как Ланиными пальцами волос упала на лоб, и мужчина нетерпеливо зачесал ее назад пятерней. — Амелия…

Абсурд ситуации зашкаливал. У нее вырвался нервный смешок, и Дрейден, приободрившись, улыбнулся. Заискивающе, надо сказать.

— Миледи, Амелия, леди Монтегрейн, — зачем-то перечислил он все возможные к ней обращения, очевидно, так и не определившись, как будет правильно, учитывая то, что хозяина дома он звал на «ты» и просто по имени.

— Амелия, — подсказала она.

Если Мэл не ошибалась, при посторонних Дрейден и к другу обращался так, как следовало по происхождению и по должности. Сейчас же посторонних в доме не наблюдалось. Как и Ланы, которая, кажется, решила схорониться в столовой, пока буря не минует.

Но бури не было — был подкатывающий к горлу смех.

— Амелия, я прошу прощения. Наше поведение… — Он не договорил, прикусив явно припухшую от долгих поцелуев нижнюю губу.

Что она могла ответить? Что негоже развлекаться с женщиной в хозяйской столовой? С другой стороны, та была не то что не против, а очень даже за. На насилие это точно не походило, и было бы глупо винить только одного из них.

Сказала:

— А если бы зашла матушка Соули или Дана?

Истерический смех продолжал подкатывать к горлу. Разумом Мэл понимала, что не увидела ничего ужасного, однако не могла с собой ничего поделать — все еще неадекватно реагировала на физическую близость, даже если видела ее лишь со стороны.

Дрейден виновато пожал плечами и отвел глаза.

Ясно, о матушке Соули и о совсем юной сестре своей любовницы он не подумал.

— Мне нужно поговорить с лордом Монтегрейном, — поборов неловкость, Амелия озвучила то, собственно, ради чего и покинула свои комнаты. — Не подскажете, где я могу его найти?

Все ещё изучающий носки своих ботинок управляющий поместьем покосился в ее сторону.

— «Не подскажешь».

— Что?

— «Не подскажешь». На «ты», — пояснил мужчина. Кивнул в сторону столовой. — Официоз тут как-то не очень уместен.

На сей раз Амелия не сдержалась. Прыснула. Сообразила, прикрыла губы ладонью. Но Дрейден заметил, и в его темных до черноты глазах блеснули озорные искорки.

— Рэймеру нехорошо, — все же ответил он на вопрос и даже посерьезнел. — Опять, видимо, пытался прыгнуть выше головы. Целитель был, сказал, лежать пару дней.

Мэл нахмурилась.