Его Искушение

А Монгол этот на меня цепкий взгляд переводит. Проходится по лицу, плечам, считывает весь мой ужасный вид, следы видит.

От меня веет всем тем, что со мной ночью вытворяли, и у Палача ноздри шевелятся, не знаю, словно ему неприятно, будто смрад почуял.

По крайней мере, мне так кажется.

Неодобрение в раскосых глазах полыхает.

Опять переводит взгляд на моего мучителя.

— Босс. Отпустил. Ее. Отойди.

Что-то вспыхнуло в раскосых глазах Монгола. Нечеловеческое. Жуткое. Страшное.

Темный взгляд исподлобья, из-под широких прямых бровей, одна из которых рассечена давно.

— Ты забываешься.

Шипенье змеи, наверное, приятнее, чем этот напитанный патокой жутчайший голос так близко к моему уху.

Коршун не намерен вытаскивать когти из пойманного зверька.

Одно плавное движение в нашу сторону, и я могу рассмотреть мужчину, с ног до головы одетого во все черное.

На ногах рукояти ножей выглядывают, на боках с двух сторон оружие.

— Приказы Кровавого не нарушают. Серебряков. Она уходит. Сейчас.

Словно вороны черные сошлись в схватке, а я только биение своего сердца слышу.

Хватка на моем локте ослабевает, не могу взгляда оторвать от своего опасного спасителя. Он на героя и добродетеля совсем не тянет, а когда опять взгляд на меня переводит, мне закричать хочется, столько тьмы в этих странных глазах, они полыхают и опять чудится, что там вчерашняя ярость напополам с ненавистью бушует.

Резкий кивок головой — дает понять, чтобы свалила.

Срываюсь с места, словно оцепенение пропадает, и я волю включаю.

Не бегу к спасительному выходу. Наоборот. Ступаю еще более ровно и прямо, чувствуя, как лопатки сверлит взгляд, ощупывает и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не передернуть плечами, не обернутся и не показать фак.

Задираться тянет, как ребенка, лишенного инстинкта самосохранения.

Чей-то взгляд дыру во мне прожигает, пока к двери иду, пока открываю, и заставляю себя не хлопнуть со всей дури, не разрешаю себе спешить.

Стоит оказаться на улице, как замираю, выдохнув:

— Куда я попала?! Вокруг одни чудовища, опасные, злые… С меня хватило общения с Иваном.

Дальше я подумаю, что предпринять. Как жить. Случилось то, что случилось, и в своих чувствах я разберусь потом.

В конце концов, в этой жизни очень часто происходит страшное…

Почему-то испепеляющий взгляд Монгола запомнился, как и этот экстравагантный восточный мужчина.