Его игрушка

"

"— Давай я расскажу тебе нашу историю, — надменно ответила Дэйдра. — Джейсон изменял мне. Изменял практически с первого дня. В какой-то момент я познакомилась с мужчиной: влюбилась, он относился ко мне совсем иначе. Муж узнал о нашем романе. Он чуть не убил меня! Я не хотела больше жить с ним, но выяснилось, что в нашем брачном контракте прописано следующее условие: если наш брак продлится пять лет — я получу двадцать миллионов, а Джейсону отойдет контрольный пакет акций финансового холдинга его деда.

— Я все еще не понимаю, причем здесь я! И зачем условия такие прописывать?!

— Мой дед был дружен с его. Наш, — тут же поправилась она. — Они хотели, чтобы мы поженились, и мы поженились, но ничего не вышло, — горько закончила она.

— Мне жаль, правда, жаль, но это твоя жизнь…

— Я беременна, Софи! — воскликнула она.

Я опешила. Если с мужем они давно чужие, значит…

— Да, — подтвердила Дэйдра подозрение.

— Но…

— Послушай, — быстро заговорила она, — тебе не придется ничего особенного делать. С мужем мы только поддерживаем видимость брака, встречаемся два раза в месяц: в опере и на ужине у его родителей. Расписание на следующий месяц уже есть, — она порылась в сумочке, выуживая ежедневник.

Да, подготовилась сестричка. А я-то думала, что она приехала ради семьи…

— Дэйдра, послушай…

— Нет, ты послушай: неужели ты не устала жить в этом аду? Папа болен, ты пашешь, как проклятая! Я оплачу его лечение, лучшую клинику, а ты поживешь у меня на Манхэттене.

— Я не знаю, — сомневалась я. Это же бред какой-то! Ну как можно заменить одного человека другим? Мы же разные! И мы не куклы, а личности со своими привычками, особенностями, характером.

— Встань! — скомандовала Дэйдра.

Я подчинилась. Слишком уж она возбужденной выглядела. Идея фикс у нее.

— У тебя хорошая фигура, — отметила сестра.

Еще бы, мне всего двадцать пять!

— Остальное мы подправим.

Да уж, подправит она. Мы ведь действительно были очень похожи: яркие зеленые глаза, пухлые губы, резко очерченные скулы и нос с легкой горбинкой.