Его игрушка

Если бы я узнал об этой подмене не в столь трагических обстоятельствах, то был бы возмущен. И, наверное, разнес заговорщиц в пух и прах, на атомы расщепил бы. Потом, конечно, выслушал бы, извинения слезные принял бы, и Ее простил. И при себе оставил обязательно. А теперь… Найти бы ее, больше ничего не нужно. И чтобы не смотрела, как на чудовище. Это тоже важно.

— Джейсон, — мягко позвала по имени Мишель. Вот, кто знал меня отлично. Да, я все еще ежик. Чуть что, колючки выпускаю. Защитная реакция, блядь. Сестра усадила меня и присела рядом.

— Ты в себе?! — рассвирепел я. — Голову давно проверяла?

Какое наказать?! Меня что, все моральным уродом и неуравновешенным психом считают?!

Мишель поджала губы, но обижаться не стала. Да, я был хамлом мерзким, но как по-другому-то! Что за вопросы!

— Она беременна. Она… Она… — запнулся я. — Она нужна мне. Очень нужна.

— Понятно, — Том по-дружески сжал мое плечо.

— Ты ведь помнишь то утро? — спросил я. — Неудивительно, что Она решила, что я убил Дэдэ."

"— Джейсон, — Мишель попыталась обнять меня. Я сбросил ее руки и принялся рассказывать в самых грязных подробностях, когда узнал, что Она беременна. Да я реально монстр! Гребаный мудак с неуравновешенной психикой! Сестра морщилась, но глаз не отводила.

— Вот такой я ублюдок. Люби меня таким, какой я есть! — я даже театрально развел руки.

— Прекрати паясничать! — оборвала она. Понятно, старшую сестру включила.

Если это не так, я все сделаю, чтобы полюбила! Носки буду убирать, пустые чашки из-под кофе в посудомойку ставить, черт, да я даже курить брошу! В общем, все, что захочет.

— Нужно с дедом поговорить, — тем временем продолжала Мишель. — Скоро о гибели Дэдэ узнают. Наши должны быть готовы.

— Нужно организацией похорон и прощания заняться, — я посмотрел на Тома.

— Сделаю, дружище.

Через полчаса я снова был один. Мишель хотела остаться, но я выпроводил их обоих. Заснуть даже не пытался. Как спать, когда Она где-то там, в темноте. Одна, напуганная и разбитая известием. А может, не одна? Я же ничего о ней не знаю. В памяти яркими снимками пронеслась наша полугодовалая жизнь. Я ведь думал, что каждое слово, жест, взгляд — притворство и фальшь. Для меня Она была коварной изменницей Дэдэ.