Дом у воды

Космонавт, поняв, что сейчас начнется постановка Большого театра, сделал паузу. Драматическую. Первой не выдержала жена.

— Я вот что думаю, Юрочка, — проворковала она. — Расшибать стену лбом не стоит, хоть он деревянный у Арсения. Нужно подойти хитренько…

— По-лисьи? — смеясь уточнил Космонавт, облапив жену и намотав рыжий локон на палец.

— Да, — фыркнула она, отбросив его ладонь со своей груди. — Тут серьезный разговор, а ты мешаешь!

— И? — хохотнул он, зажав пальцами тонкую шею. — Слушаю тебя.

Очень внимательно.

— В апреле в Бордо традиционно проводится Бал Лилий. Его дает Лили де Анвиль — мать Ланы. Вот и нужно раздобыть приглашение. Хотя бы на одну персону…

— Кто о чем, — всплеснул руками Космонавт и уселся на постели, — а вшивый о бане! Да, лисица?

— Это единственный шанс спокойно поговорить с Ланой.

— Арсений там скандал устроит, — поморщился Юрий Апексеевич.

— Ну при чем тут твой Сеня? — нетерпеливо хмыкнула Анна. — Ехать придется мне. Поговорю.

Расскажу, как он страдает…Всего-то делов, найти приглашение и купить новое платье. — Она всмотрелась в негодующее лицо мужа и поспешила заверить:

— Платье пусть Арсений покупает, а туфли ты!

— Ну да, — расхохотался Космонавт. — А с приглашением проблем возникнуть не должно!

Уже засыпая, отвернувшись от Аньки к стене, он задумался над болтовней жены и тут же осознал, что не так уж плоха идея подстроить на балу встречу Арсения и его сбежавшей подружки.

«Платье, туфли и диадема какая-нибудь, — усмехнулся Гаранин про себя.

 — Сеня, конечно, заплатит за мачехин прикид, но и сам изъявит желание посетить бал. Тогда и мне придется ехать», — тяжело вздохнул Космонавт и принялся размышлять, как попасть на Бал долбаных Лилий.

Глава 31

Утром во время завтрака Арсений чувствовал, как закипает. Его единокровные сестры с мамашей вовсю обсуждали Бал Лилий в Бордо.

«Поселок Бордовый, — хмыкнул про себя Джин. — И почему я решил, что это возле Кемерова?»"

"Арсений ясно вспомнил свой разговор с лялькой и ее небрежный комментарий про две тысячи девятьсот двадцать пять километров.

Он, в уме отложив это расстояние в глубь страны, получил Кемерово. А Света его ни разу не поправила. Наверное, веселилась его слушая. Гаранин почувствовал, как душу сводит от щемящей тоски.

«Сможет ли Света меня простить? И как вообще слова подобрать? Как оправдаться? — мысленно дал себе по лбу Сеня.