Дом у воды

Мачеха замерла, изнывая от желания тоже отправиться в Бордо, но поймав насупленный взгляд супруга, недовольно замолчала. Зато сестры переглянулись между собой, и Катя, как самая смелая, заявила смущаясь:

— Сеня, тебе нужен переводчик. Кругом французы, а ты язык забыл, наверное?

— Это как кататься на велосипеде, — улыбнулся сестре Гаранин. — Вспомню постепенно. В гимназии учил вроде.

— Возьми кого-нибудь из нас, — пробормотала Маша и добавила запальчиво:- У меня лучше произношение, а у Кати — больше словарный запас.

— Мы специально учили французский, к летним курсам готовились!

— Умницы, — похвалил рыжуль Арсений и заметил будто в никуда: — Полагаю, если я с двумя такими красотками появлюсь, никто меня выгнать не посмеет. Все лучше, чем самому стену лбом прошибать!

— Ты хочешь взять с собой сестер? — уточнила Анечка. А Космонавт напрягся.

— Да, — кивнул Арсений, наливая себе чай и насыпая в чашку четыре ложки сахара. — Могу же я девчонкам мир показать. Глядишь, кому-нибудь и жениха найдем.

— Насчет жениха не знаю, — пробормотал Космонавт, — а сам план мне нравится. Поедем все вместе, будто путешествуем по стране. А потом вы в Бордо направитесь, а мы на Луаре остановимся или в Париже погуляем.

Арсению хотелось усмехнуться и брякнуть что-нибудь типа «Знаю я ваши прогулки! Все равно из койки выбираться не будете!», но из-за присутствия несовершеннолетних сестер промолчал.

— Полагаю, в таком случае ты против Шишкина возражать не станешь? — ехидно поинтересовался он у мачехи.

Она встрепенулась и бросила вскользь:

— А может, Кандинский сгодится. Европейцы любят наш авангард, а Шишкин с его дубами и мишками не актуален.

— Свете понравится, — пробурчал Арсений, вспоминая, как они вдвоем бродили по похожему лесу."

"Вернувшись в свою комнату, Арсений упал на кровать и мысленно попробовал найти общих знакомых с Пахомовым, кто бы помог с приглашением. Гаранин напряженно пялился в потолок, осознавая, что хорошо сейчас жить именно в отцовском доме. Где никто не позволит напиться в стельку от накатившего и не желающего отпускать отчаяния.

Он скользнул невидящим взглядом по кремовым стенам, пытаясь решить элементарную задачку, открывающую путь к Свете. Все происходящее казалось ему нереальным и оттого бредовым. Вот только что Светка лежала рядом, ластилась к нему и рассуждала о позах Камасутры, как в один миг все изменилось. А он все еще чувствовал ее тепло, помнил каждое прикосновение и сладкие Светкины поцелуи.