Дьявол зимой

Великолепная работа, можете мне поверить, и все из чистейшего шотландского золота.

– Нам не нужны... – Сент-Винсент осекся, встретив взгляд Эви, и испустил раздраженный вздох. – Ладно. Выберите что-нибудь, только поскорее.

Вытащив из шкатулки лоскут шерсти, Макфи расстелил его на наковальне и любовно разложил на нем с полдюжины колец. Пораженная, Эви склонилась ниже. Кольца были разной формы и размеров, но отличались таким изяществом, что казалось невероятным, что они созданы грубыми руками кузнеца.

– Видите, здесь орнамент из чертополоха, – сказал Макфи, протягивая ей одно из колец, – а это шетландская роза.

Эви взяла самое маленькое колечко и примерила его на безымянный палец левой руки. Оно оказалось впору. Поднеся руку к глазам, она разглядела изящную надпись на шотландском языке, выгравированную на гладком ободке из полированного золота.

– Что это значит? – спросила она у Макфи.

– Тут сказано: «Моя любовь всегда с тобой».

Последовало неловкое молчание. Эви вспыхнула и поспешно сняла кольцо, сожалея, что проявила интерес.

– Думаю, мне это ни к чему, – пробормотала она, осторожно положив кольцо на ткань.

– Мы возьмем его, – вдруг сказал Сент-Винсент. В ответ на изумленный взгляд Эви он коротко уронил: – Это всего лишь слова. Они ничего не значат.

Эви кивнула и опустила голову, чувствуя, как горят щеки.

С минуту Макфи хмуро смотрел на них, теребя усы, затем повернулся к дочерям.

– А теперь, девоньки, – сказал он нарочито бодрым тоном, – давайте споем.

– Это еще зачем? – попытался возразить Сент-Винсент, но Эви дернула его за рукав.

– Пусть поют, – шепнула она. – Чем больше вы спорите, тем больше времени это займет.

Выругавшись себе под нос, Сент-Винсент уставился, прищурившись, на наковальню, пока сестры слаженно выводили:

Моя любовь подобна розе красной,Что расцвела июльским утром.Моя любовь, как музыка, прекрасна,Что нежно шепчут струны лютни.

– А теперь позвольте задать вам вопрос: не состоит ли кто-нибудь из вас в законном браке?

– Нет, – коротко ответил Сент-Винсент.