Девочка, ты в игре

- Конечно-конечно, не волнуйся, - заверяю я, пребывая все еще под впечатлением от его рассказа.

Помогаю парню подняться, разрешаю опереться на себя, и мы вдвоем кое-как доходим до конца коридора.

- Мисс Ллойс, ему очень плохо, - выпаливаю я, едва, вся взмыленная переступаю порог медпункта.

С облегчением сваливаю Адамса на кушетку.

- Мона? - раздается из глубины голос мисс Ллойд, а потом из-за шторки выныривает голова медсестры.

Девушка оглядывает нас с беспокойством.

- О боже, Адамс! Я сейчас, минутку.

- Вроде бы нет, - со стоном отзывается Адамс.

Я тем временем вытягиваю шею. Не могу видеть, кто сидит за шторкой. С другой стороны, не очень-то и хочется. Мне на занятия, вообще-то надо, а не это вот все.

- Я помогу вам, и сама обработаю ему раны, - кричу я, осматривая новым критическим взглядом скривившегося от очередного витка боли Адамса.

- А ты умеешь, Мона?

- Умею, не волнуйтесь об этом, - уверяю я медсестру, и направляюсь к шкафчику с медикаментами.

Еще бы. Когда папа переберет со спиртным, он и свалиться может, и об угол приложиться. Вот уже пару лет я исправно обрабатываю все его раны.

- Только, пожалуйста, не ори, - прошу я Адамса перед тем, как приложить к его скуле ватный диск с перекисью.

Я не сильно рада близкому контакту с парнем, и мне не слишком нравится, как он посматривает на меня в перерывах между новыми приступами боли.

А Джейка Девиса я попросту готова растоптать. За то, что мне приходится расхлебывать за ним все это. Поспорить на меня предложил. И кому? Даже не своим друзьям, как я предполагала изначально. Боже, бог ты мой!

- Я не ору, Тейлор, - говорит Адамс, и этим набавляет очко к своему практически нулевому счету. – Ты просто моя спасительница.

- Ну, уж и спасительница, - бормочу я.

- Я бы ни за что не согласился спорить с кем-то на девушку. Хочу, чтобы ты это знала.

- Да? Что ж…похвально.

Ммм, пожалуй, еще несколько очков.

И вообще, Адамс, если хорошенько подумать, не такой уж масляный придурок, каким всегда мне казался. И глаза у него красивые. Бледно-голубые, словно небесная лазурь. А вовсе не блеклые, как у безжизненной мороженой рыбы.

Все лучше, чем пожирающая чернота глаз Девиса, которые при любом раскладе, что так в них загляни, что этак, с любого ракурса горят дьявольским огнем.