Девочка, ты в игре

Горьким шоколадом.

Теперь этот запах преследует меня, словно наваждение, несмотря на то, что я успела принять душ и несколько раз тщательно умыться с мылом.

…

- Как дела в школе, дочка? – спрашивает меня отец.

Сегодня уикенд, и он старается быть трезвым и бодрым хотя бы с утра.

- Хорошо, - говорю я, заваривая овсяные хлопья. – А у тебя как? Не хочешь провести день дома? Я могла бы приготовить воскресный обед. А потом мы с тобой можем включить какой-нибудь из любимых маминых фильмов и сыграть в шахматы.

- Я бы с радостью, но Боб, ты его знаешь, мой школьный приятель.

- Ясно, - вздыхаю я, понимая, что если отец и заработает что-то, так обязательно тут же и пропьет.

- А ты разве сегодня не работаешь? - спрашивает он у меня.

- Работаю, - подтверждаю я, - вечером.

- Мне не нравятся твои вечерние смены, Мона. Почему бы тебе не попросить Кейти перевести тебя на дневную смену?"

"Потому что вечером чаевые в два раза больше, думаю я про себя, но вслух этого не говорю.

- Пап, Кейти переведет, как только появится возможность. Но ты не волнуйся, после работы за мной всегда заезжает Джосс и отвозит домой. Ты же знаешь.

- Да, Джосс хороший мальчик. Когда-нибудь и у тебя появится своя машина. Я тут вложил кое-какую сумму в одно предприятие. Надеюсь, оно принесет нам с тобой крупный куш. И вот тогда мы заживем. Мы так с тобой заживем...

- Будем надеяться, - говорю я, и вздыхаю повторно.

Папа спускает деньги не только на выпивку, еще и на скачки. Ему все кажется, что однажды он сможет выиграть миллион, и обеспечить тем самым мне достойную жизнь. Я его не разубеждаю, потому что боюсь, что без мечты он окончательно скатится в депрессию.

Жизнь без мечты, это, я считаю, вообще не жизнь.

Вот я, например, так много всего хочу.

Первым делом, попасть на городской чемпионат по шахматам и взять там первое место. Наш преподаватель Ли Норман говорит, что я вполне способна.

Во-вторых, мне ужасно, просто до одури сильно, хочется обучиться верховой езде. Я с детства обожаю лошадей. Когда я была маленькой, мы с мамой часто приезжали на конюшни и кормили там лошадок. Мне особенно нравилась одна, по кличке Шоколадка, коричневая, с белым пятном на морде.

Мама всегда говорила, что я прирожденная наездница.