Девочка Рустама

Душить, чтобы добиться слез и согласия абсолютно на все.

— Планы не строй. Ты мою сестру испортил, смертник. Я возьму кровь твоей сестры.

Стою на носочках. Ниже Басманов не отпускает, за шею держит. Карина в плену мордоворотов совсем притихла. Брат не ее любимого убивает, а со мной забавляется. Но я ее не виню. Они любили друг друга.

Вот и долюбились. Доигрались.

Максим ей серенады пел. Восточная девушка, говорил. Красивая. Недоступная.

У них что-то было? Поэтому брат Карины здесь?

Дьявол вновь поворачивается ко мне.

— Кровь за кровь, Полина. Согласна?

Слова, внушающие ужас. Страх отражается в моих глазах, а губы Басманова вновь растягиваются в пугающей улыбке. Он отпускает мою шею, позволяя глотнуть кислорода. Над ключицей наверняка останутся следы. От звериной хватки.

Его руки опускаются ниже. Накрывает своими ручищами грудь. Пробует. Живот трогает, талию. Я деревенею с каждого прикосновения.

— Ей всего девятнадцать… — хрипит брат.

На это мордоворот придавил его ногой.

— Моей сестре тоже девятнадцать было, — голос дьявола придавливал и подчинял.

Брат захрипел со страшной силой. Я вжалась в стену, когда Басманов просунул колено между моих ног и раздвинул их.

— Пожалуйста. Я все сделаю. Только не трогайте…

Безумный лепет. Бесполезный. Я упираюсь ладонями в его грудь, но железо не так просто сдвинуть с места.

— Не трогать? А что тогда с тобой делать?

Его руки опустились на бедра, покрытые пижамой.

Черные глаза его смотрят прямо в душу. Улавливают каждую влажную дорожку слез. Касаются соленых губ.

— Ради тебя оставлю его в живых. Одна не будешь, Полина.

Я сдавленно вскрикиваю, когда он сжимает бедро. Оставляет на мне свои отметины.

— Фигура — песочные часы. Сладость, Полина. Беру.

Распахиваю губы в изумлении. Что?

Осталось добавить: «Заверните с собой», чтобы больше походило на товар.

Мелкая дрожь сотрясает мое тело, когда Рустам отходит от меня. Дарует мнимую свободу.

Я пытаюсь пройти к брату, но мускулистые руки вновь хватают меня под ребра. Делают больно.

— Куда собралась?

Я вскрикиваю, из глаз брызжут слезы.

— Хрупкая, — замечает недовольно.

Этот факт огорчает Рустама.

— Длинные волосы у тебя, Полина?

Хватает волосы. Распускает их.

В нашу первую встречу я оказалась не презентабельной.