Девять месяцев по контракту

Это вы меня извините за то, что накричал, — вздыхает Тимур.

По крыше автомобиля начинает молотить сильный дождь. Вовремя мы с Лизой вернулись домой.

Глазки Артюши плавно закрываются, но он всё ещё не выпускает изо рта мою грудь. Причмокивания становятся не такими жадными и постепенно стихают.

— У нас с вами два варианта, Яна, — неожиданно произносит Багримов.

Несмотря на мои просьбы отвернуться, он бросает на меня короткий взгляд в зеркало. Краска мгновенно заливает лицо, а дыхание вновь становится неровным.

Глава 32.

* * *— Ты долго, — встревоженно произносит мама, встречая меня на пороге. — И промокла почему-то.

Она думала, что её дочь разговаривала с Димкой, а не Тимуром Каримовичем.

Устало снимаю с себя влажный пиджак и вешаю его на плечики. Следом сбрасываю удобные балетки, вешаю сумочку на крючок.

Взглянув на себя в зеркало, ужасаюсь. Я не привыкла носить макияж, но по сегодняшнему случаю решила накраситься.

— Где Лиза? — делаю вид, что не слышу маминых замечаний.

— Уснула недавно, — отвечает она. — Вымотала ты ребёнка.

— Перестань, мам. Зато ей было весело.

И мне было. Особенно до того момента, когда приехал Багримов.

Я прохожу на кухню, беру бутылку воды и пью из неё жадными глотками.

Тимур злился на меня за то, что я приучила Артура к груди. Знаю, сама виновата в этом. Проще было отказаться от предложения работать няней его сына, но так уж вышло, что я поддалась эмоциям и согласилась на эту авантюру. Теперь назад дороги нет.

— Мам, мне нужно обсудить с тобой один очень важный момент, — произношу, закручивая крышку на бутылке.

Мне удалось утолить жажду, но собственное волнение — нет.

— Дело в том, что на некоторое время нам с Лизой нужно будет переехать.

Мама хватается за сердце и опускается на табуретку.

— Почему?

Сказать ей правду о том, что Багримов не оставил мне выбора, не могу. Он его дал, но два варианта предполагали однозначный переезд к нему.