Дело оперское. Рокировка

Ему сразу дали понять, что после того, что совершил его приятель, жалости испытывать к нему никто в этом кабинете не будет, а потому лучше рассказывать все самому и как можно ближе к тексту…

Над задержанным навис Иван:

— Запомни, крест, на будущее: в этом городе гашиш килограммами может покупать только майор Шилов из шестого отдела! Ты понял?

Шишкарь сидел, низко опустив голову. Когда его отправили в камеру, Вадим сказал:

— Деревня, а все туда же… Насмотрятся боевиков, героями себя чувствуют.

— А у них голова из монолитной кости. Нет мозгов, — отозвался Иван. — Я в больницу.

В больнице Иван нашел хирургию, а там и Женю. Того готовили к операции. Иван остановил врача:

— Ну что там, доктор, с моим товарищем?

— Скажу одно — жить будет.

— Рана глубокая?

— Еще бы чуть-чуть и выбило бы мозги.

"— Слава Богу, что тот отморозок стрелять не умеет.

— Да как сказать… Был бы заряд помощнее, пробил бы голову как пить дать. Дроби просто силы не хватило. Крепкая у вашего товарища голова.

— И на том спасибо!

Иван вышел из больницы. Шутка про монолитную голову сейчас уже была ему не смешна.

Иван вошел в кабинет. Вадим сидел с озабоченным лицом:

— Слушай, ты не помнишь, куда мы деньги дели? Не могу найти, и все.

У Ивана внутри все опустилось.

— Вот это номер! — Иван присел на край дивана. — В машине смотрел?

— Смотрел. Я везде смотрел. В обеих машинах.

— Подожди… — Иван, терзаемый смутными сомнениями, выскочил из кабинета и открыв «Чайзер», начал шарить внутри.

Деньги он нашел под роликовым массажером, на спинке сиденья. Прибежал в кабинет:

— Вот они! Я, наверно, в суете бросил их за спинку и забыл. Стрельба началась — уже не до денег было…

Оба облегченно выдохнули.

— Из-за этой наркоты Сорокин в больнице, — сетовал Юрьев. — А у нас столько дел…

Иван чувствовал себя виноватым, и работал с бумагами без лишних слов. Впереди еще было много работы: за ночь предстояло оформить все необходимые для возбуждения уголовного дела документы и «поколоть» задержанных на возможные места появления ушедшего «стрелка» и его связи. О сне можно было смело забыть.