Будь моей Брейшо

Ему нужна была дочь служанки Грейвена, невинная маленькая девочка. Мать этой девочки Ролланд пытался спасти, как поступил бы всякий благородный человек, он бы и девочку спас, в то время как Меро отказался от собственного сына, которого родила служанка Брейшо.

– Что… – протягивает Ройс."

"Паника и гнев сжимаются в моей груди.

Отказался от сына…

Перкинс смотрит мне в глаза.

– Виктория приехала сюда, узнала то, что ей нужно было узнать, и вернулась, солгав Меро. – Я повторяю то, что нам рассказал Перкинс. – Но как он понял, что она лжет?

Перкинс вздергивает и опускает плечи.

– У нее была тень.

– Кого он послал следить за ней?

Наш отец спускается с крыльца и встает рядом с Перкинсом.

Перкинс облизывает губы и говорит:

– Своего сына.

ВикторияЯ проглатываю последнюю каплю воды из бутылки, когда открывается дверь и входит он.

– Должен сказать, я скучал по твоему лавандовому аромату, девочка из сада. – У него мягкая улыбка, и я ни на минуту не сомневаюсь в его словах. – Прошло три дня, – продолжает он. – Ты уже готова поговорить со мной?

– Это ты оставил перчатки, не так ли? – спрашиваю я.

Он кивает, его глаза сияют от гордости.

– Тебе больше не придется копаться в грязи.

– Это ты построил стену? И… это ты убил Марию?

Он напрягается.

– Чувак, давай прямо, а?

Он коротко кивает.

– Мне жаль, но могу тебе сказать, она ничего не почувствовала. Мне нужно было, чтобы ты узнала, что я здесь и жду тебя, но тебе потребовалось больше времени осознать это, чем я думал.

Я долго смотрю на него.

– Зачем ты здесь появился?

В его голосе слышится замешательство.

– Я здесь ради тебя. Ты сказала, тебе нужно время, чтобы спасти маленькую девочку, я дал его тебе. Время вышло.

– Не будь дураком, – я качаю головой. – Я же сказала тебе, что остаюсь. Убирайся отсюда, пока они тебя не нашли.

Его смешки заставляют меня снова посмотреть на него.

– Хорошая попытка. Я знаю, что тебя прогнали. Не забывай, я существую, чтобы присматривать за тобой. С самого начала моя жизнь была посвящена твоей защите.

Я убираю волосы со лба, заставляя его посмотреть на кровоподтек, и он опускает глаза.

Внезапно он встает на колени передо мной и сжимает мои руки.

– Я не хотел причинить тебе боль, но я знал, что если ты закричишь, они прибегут, хотя бы для того, чтобы узнать причину.

– Ты не хотел, чтобы они заметили тебя.

Он хмурится.

– Я их не боюсь.

– А стоило бы. Они бы порезали тебя на куски и зажарили, если б узнали, кто ты такой.

– Подожди.