Грубиян на одну ночь

Сминаю их, обхватив ладонью изящную скулу. Завожусь от того, как она сдается, буквально обмякая в моей хватке. От нее пахнет конфетами, твою мать. От кожи, от волос. Я хочу, чтобы она пахла нашим сексом. У меня дремучии потребности.

Тачка сворачивает с трассы через пять минут и еще через пару минут начинает лихо скакать по кочкам.

Блин, где мы?

Оторвавшись от Риты, смотрю в окно, за которым абсолютная темнота.

Затихнув, возвращает голову мне на грудь.

Дорога идет через поле, но вижу впереди огни домов. Выпрямляюсь.

Выйдя из машины, проваливаюсь в тишину. У забора припаркован красный “лексус”. В домах вокруг есть свет, но не во всех.

Рита идет к калитке, в я забираю из багажника свою сумку. Это было в моих инструкциях. Собрать вещи на пару дней.

В темноте подол ее юбки, как маяк. Скрежет туфель по дорожке — тоже.

Забросив сумку на плечо, трогаюсь следом.

Марго быстро включает свет на крыльце и открывает дверь, достав ключи из кармана моего пиджака.

Чтобы не поцеловать лбом дверной косяк, пригибаюсь.

— Еще не нагрелось, — Рита вешает на крючок пиджак и сбрасывает с ног туфли, меняя те на пушисты домашние тапки.

Ставлю на пол сумки, осматриваясь.

Небольшой дом старой планировки. Мебель местами новая, но комод на кухне точно из позопрошлого века.

— Уютно, — замечаю, потирая бровь.

Остановившись посреди коридора, она поворачивается ко мне спиной и убирает со спины волосы.

— Помоги, — бросает на меня взгляд через плечо.

Сбросив туфли, подхожу к ней по разноцветному коврику.

— Еб твою мать… — смотрю на ряд микроскопических шелковых пуговиц.

Рита смеется, запрокинув голову.

— У меня есть складной нож, — кладу ладонь на ее шею и мягко разминаю мышцы, надавив на маленький выступающий позвонок.

— Уффф… — выдахает, роняя голову на грудь.

Ощущение от нежной кожи под пальцами будят во мне похотливого мудака.

Здесь так тихо, что кроме нашего дыхания ни звука больше не слышу.

Осторожно развернув ее на места, толкаю лицом к стене. Интуитивно упирается в нее руками. Перестает дышать на секунду, потом с выдохом упирается в стену лбом.

Блять. Как же это заводит.

Ее тоже.

Вжимаю ее тело собой в стену. Бедрами давлю на ее бедра и, согнувшись, кусаю между шеей и плечом. Присев на корточки, откидываю вверх юбку платья, открывая себе вид на загорелые стройные ягодицы и ноги в белых тонких чулках.