Белое солнце дознавателей

Так решают вопросы на Севере.

Одна из девиц сзади вздрогнула – пушистые ресницы задрожали.

– Это – вызов, – не отступила рослая. – Вызов на поединок.

– Я – догадалась. Могу я узнать причину?

– Он – мой, – выпятила она грудь и щелкнула кольцами, глаза сердито вспыхнули.

– Оу... он – это кто?"

"– Тот сир, которого вы уже считаете своим женихом! – выплюнула она воинственно и головки в кади быстро-быстро подтверждающе закивали.

Псаков Иссихар!

Я оценила взглядом южную деву – как может быть настолько отвратительный вкус на женщин, при том, что ему нравятся хрупкие мужчины? Он давал ей повод? Договоренность семьи?

Шекков Дан! Мое настроение резко сменилось – утром я переживала и сочувствовала, сейчас – мне хотелось вызвать его.

Каким образом Иссихар мог так вляпаться? И где? Где мы могли проколоться? Кто-то видел ночью и донес? И это юное подобие сиры спит и видит Дана в качестве мужа? У меня заболела голова от перспектив – неужели продержать информацию тихо до конца турнира такая сложная задача?

Дядя убьет меня.

Я застонала, но дева поняла это по-своему.

– Он – мой – прошипела она тихо. – Я выдержала десять боев в круге, за право быть первой.

– Даже так? – выдохнула я ошеломленно. Иссихар пользуется просто бешеной популярностью. Чем более сир недоступен, тем более нравится нам? Скольким отказал этот псаков Дан? – А сир согласен с этим определением?

– Согласие сира не требуется, – серебристые девичьи голоса пропели почти хором.

– Вы можете признать поражение сразу, – подсказали мне осторожно оттуда-то из-за правого плеча. Белый круг юных дев в кади раздражал – после юга я буду ненавидеть белый цвет. – Вы оставите его в покое. И мы забудем об этом... недоразумении.

Мне хотелось смеяться – южная дипломатия просто чудесна.

– К сожалению.

– Если вы не будете претендовать на сира... поединка не будет, – в голосе одной из юных леди определенно слышалась надежда. Неужели здесь у кого-то есть мозги?

– Я – претендую, – выдохнула я твердо. Отдавать Дана, точнее шеккова-козла-Дана, который собрал вокруг себя дивизию юных трепетных дев, я не собиралась. – Сир – мой.

– Мой! – выступила рослая.