Белое солнце дознавателей

И в умении себя держать, и том, как порхали кисти на пергаменте, и в уровне мастерства, и даже в фантазии. Картины такого уровня Фей рисовала несколько зим назад. И – никакой печати Мастера."

"– Мы – безнадежны... – тихий обреченный голос сестры тоскливо прозвучал за спиной – она наклонилась близко, и запах жасминовых духов с легкими нотками ванили напомнил о доме. И... и Зи.

Нужно будет послать Вестник Яо.

Объявление результатов и награждение победителей прошло быстро – распорядители были воодушевлены – один из южан занял второе место.

Тир, нарушив негласные правила, пересадил меня на первую линию, где сидели участники. Выделил место рядом, позубоскалил с хаджевцами, и практически все дисциплины отлучался только, если внизу собирали Ведущих. Все остальное время он уделял мне. И – улыбался.

Мне было дурно. Почти физически, от количества взглядов, направленных в нашу сторону.

Ведущий команды Центрального предела улыбался мне персонально, видимо оценив диспозицию рядом с Тиром. Южанки в школьной форме – почти все в белом и песочном, смотрели оценивающе, непрерывно. Садо поднимал голову к трибунам изредка, участники с Востока держались с нами доброжелательно, насколько это возможно.

Купол над полем переливался всеми цветами – светило лениво скользило вниз, сегодняшний день тянулся бесконечно медленно.

– Что происходит, Тир? – пробормотала я ему в ухо, прижавшись ближе – никаких куполов тишины на псаковой Арене – и впилась ногтями в чужую ладонь – он даже не поморщился. Проследил за моим взглядом, направленным на трибуны напротив, и жадными взглядами южных сир и.

– Ревнуешь? – улыбка золотого мальчика стала почти ослепительной.

– Во что ты меня опять ввязываешь? – беззвучно прошептала я, подавив искушение куснуть ухо со всей силы – этот шекков гвоздик-артефакт, который болтался прямо перед моим носом. – Я хочу знать, к чему готовиться...

– Ни любви, ни тоски, ни жалости, – улыбка Тира стала совершенно ослепительной, но руку он вытащил и отодвинулся.