Армадэль, или Проклятие имени

Она вдруг опять понизила голос и своим грозным взглядом вновь заставила его повиноваться."

"– Не выпускайте мистера Армадэля завтра из виду. Если эта девчонка успеет поговорить с ним, а я об этом не узнаю, я испугаю вас до смерти. Если узнаю – я вас поцелую! Ш-ш! Пожелайте мне доброго вечера и ступайте в город, а я пойду другой дорогой. Вы мне больше не нужны: я не боюсь человека, спрятавшегося за домами, я сама могу с ним разделаться. Пожелайте мне доброго вечера, и я позволю вам пожать мне руку. Говорите громче, и я подарю вам один цветок, если вы обещаете не влюбиться в него.

Она опять повысила голос.

– До свидания, мистер Бэшуд. Не забудьте моих условий: пять шиллингов за урок, а уроки продолжаются целый час, и я достаю всем моим ученицам ноты за полцены, а ведь это большая выгода, не правда ли?

Она сунула ему в руку цветок, нахмурив брови, как бы приказала ему повиноваться, и в ту же минуту улыбнулась в награду за повиновение, опять подняла платье, проходя над нечистотами дороги, и ушла своей дорогой с беспечной непринужденностью – так идет кошка, после того как вдоволь насладилась тем, что напугала мышь.

Оставшись один, Бэшуд подошел к низкой стене коттеджа, возле которой он стоял, и, уныло прислонившись к ней, молча смотрел на цветок в своей руке. Его прошлая жизнь научила переносить несчастья и оскорбления, так как немногие более счастливые люди могли бы их перенести, однако она не приготовила его пережить чувство первой страстной любви, охватившей его в самом конце жизненного пути, когда безвозвратно ушла мужская сила, рано утраченная от двойного несчастья, супружеского разочарования и родительского горя.

– О, если бы я снова был молод! – прошептал бедняга, нежно касаясь цветка своими пересохшими губами. – Может быть, она полюбила бы меня, когда мне было двадцать лет.

Он вдруг выпрямился и со страхом осмотрелся вокруг.

– Она велела мне идти домой, – сказал он испуганно. – Зачем я остаюсь здесь?

Бэшуд поспешил в город, так боясь ее гнева, который последует, если она увидит его еще здесь, что не осмелился даже оглянуться на дорогу, по которой мисс Гуилт ушла.

Спокойно, не ускоряя шага, осторожно обходя нечистоты, чтобы сохранить безукоризненную чистоту своего платья, не оглядываясь ни направо, ни налево, мисс Гуилт продолжала свой путь к пустынной местности.