Армадэль, или Проклятие имени

 – Что это пришло вам в голову? Я влюблен не в мисс Мильрой.

– В кого же?

– В кого? Есть о чем спрашивать! Кто же может это быть, как не мисс Гуилт?

Наступило внезапное молчание. Аллан сидел, небрежно засунув руки в карманы и смотря в открытое окно на лившийся дождь. Если бы он повернулся к своему другу, когда назвал мисс Гуилт, он, может, быть, несколько испугался бы перемене, которая произошла в лице Мидуинтера.

– Вы, верно, не одобряете этого? – спросил Аллан, несколько подождав.

Ответа не было.

– Теперь поздно делать возражения, – продолжал Аллан.

– Две недели назад вы были влюблены в мисс Мильрой, – отвечал Мидуинтер спокойным тоном.

– Фи! То было просто волокитство, теперь совсем другое. Я серьезно влюблен в мисс Гуилт.

Он обернулся, говоря эти слова. Мидуинтер тотчас отвернулся и наклонился над книгой.

– Я вижу, что вы этого не одобряете, – продолжал Аллан. – Вы не одобряете потому только, что она гувернантка? Но если бы вы были на моем месте, это не помешало бы вам.

– Нет, – отвечал Мидуинтер, – я не могу сказать по совести, что это помешало бы мне.

Он произнес эти слова неохотно и отодвинул свой стул подальше от лампы.

– Гувернантка не бывает богата, – продолжал Аллан, – а герцогиня не бывает бедна – вот единственная разница, какую я признаю между ними. Мисс Гуилт старше меня, я этого не опровергаю. Каких она лет, по вашему мнению, Мидуинтер? Я скажу двадцать семь или восемь. Вы что скажете?

– Ничего. Я согласен с вами.

– Вы находите, что женщина в двадцать восемь лет слишком для меня стара? Если бы вы были сами влюблены в двадцативосьмилетнюю женщину, вы не находили бы, что она слишком для вас стара?

– Не могу сказать, чтобы я нашел ее слишком старой, если…

– Если бы вы действительно ее любили?

Опять не было ответа.

– Стало быть, если то, что она гувернантка, и то, что она старше меня, не препятствие, то что же можете вы сказать против мисс Гуилт?

– Я ничего не говорю против нее.

– Но вам, кажется, это неприятно?"

"Наступило новое молчание.

– Уверены ли вы в себе, Аллан? – спросил он, еще ниже наклонившись над книгой. – Действительно ли вы привязаны к этой женщине? Серьезно ли вы намерены сделать ей предложение?

– Я думаю серьезно об этом в эту минуту, – сказал Аллан. – Я не могу быть счастлив, я не могу жить без нее, клянусь моей душой, я обожаю землю, по которой она ступает.

– Давно ли?..

Голос Мидуинтера прервался, и он замолчал.