Анонимные грешники (ЛП)

Мое тело гудит от острых ощущений, от опасности всего этого.

— Упадет, — выдыхаю я. — Провалиться прямо в ад.

Он кивает.

— Будем надеяться, — выдавливает он из себя.

Одним быстрым движением он разворачивает меня так, чтобы я оказалась лицом к церкви позади нас. Старое, обветшалое здание, в котором мужчина, которого я люблю, научился быть плохим. Выстрел звучит громче, чем я ожидала, и белая вспышка света на долю секунды освещает мощеные стены церкви, прежде чем снова погрузить нас во тьму.

Ни крика, ни глухого удара.

Когда Анджело протяжно шипит, я запускаю руки ему под пальто и крепко обнимаю его. Несмотря на то, что он неподвижен и молчалив, то, как сильно колотится его сердце, выдает его истинные чувства.

— Я люблю тебя, — выдыхаю я в воротник его рубашки. — Очень сильно люблю тебя.

Внезапно мне приходит в голову: какая ирония в том, что Анджело называет меня «Сорокой». Потому что меня привлекают не блестящие вещи, а темнота. И теперь я чувствую, как его темнота отражается от моей, мягко гудит под поверхностью его загорелой кожи.

— Я тоже люблю тебя, детка.

Он целует меня, отчаянно и безжалостно, прикусывая зубами мою губу. Это поцелуй убийцы, который только что совершил самую большую месть в своей жизни.

Когда он отстраняется, черты его лица становятся немного мягче. Он проводит грубым большим пальцем по моей щеке, его взгляд идеально совпадает с моим.

— Знаешь, моя мама всегда говорила, что хорошее всегда перевешивает плохое, — он сглатывает, кадык подпрыгивает в горле. — Но что произойдет, если мы вдвоём будем плохими? И то, и другое — одна и та же сторона медали?

Я прижимаюсь своим носом к его, улыбаясь.

— Волшебство случается, детка.

Один месяц спустя"

"Смех Рори доносится из-под двери, заставляя меня остановиться как вкопанный. Вместо того чтобы постучать, я прижимаюсь лбом и улыбаюсь, мое сердце полно ею.

Я знаю, что грядет война, но с ней я чувствую только мир.

Как бы мне ни хотелось остаться здесь на весь день, у меня есть дела поважнее.