Анонимные грешники (ЛП)

У него плотоядные глаза и шарящие руки, и он напоминает мне мальчиков, которые сделали меня такой. Он тоже учился в той же школе, что и они, престижной академии Побережья Дьявола, так что я знаю, что до него дошли слухи.

Он всего на год старше меня, с большими карими глазами и растрепанными волосами, которые он откидывает с лица, когда нервничает. Единственная причина, по которой я до сих пор не сделала ему ничего плохого — это то, что у нас сделка. Я терплю его непристойные комментарии и пристальные взгляды в обмен на два часа одиночества, как только мы добираемся до Дьявольской Ямы.

Цок, цок, цок.

Звук столового серебра, отскакивающего от стенки хрустального бокала. Конечно, шум исходит от Альберто — единственное, что он любит больше, чем молодых женщин и анекдоты — это длинные, скучные речи. Я поднимаю на него глаза, когда он откашливается, и тут же мой взгляд приковывается к мужчине, который занял моё место за столом.

По моему телу пробегает странное ощущение, в котором мой мозг лихорадочно пытается разобраться. Оно начинается у основания моего позвоночника и поднимается к шее, прежде чем обвиться вокруг горла, как удушающий захват. Я заставляю себя сглотнуть и сосредотачиваюсь на профиле мужчины. Эти острые скулы, щетина на подбородке…

А затем, словно почувствовав, как мой взгляд буравит его лицо, он поворачивается и встречается со мной взглядом.

О, твоё ж фламинго.

Это он. Человек с края утеса. Тот, с сигаретой, кончиками туфель и безразличным тоном.

Самоубийство — это грех.

Он пронзает меня равнодушным взглядом, который в дальнейшем темнеет.

Я отвожу свои глаза, трясущимися руками теребя салфетку у себя на коленях. Мое сердце колотится так, словно пытается вырваться из клетки, и я чувствую, как пот собирается у меня под бедрами, заставляя меня ещё глубже вжаться в кресло. К тому времени, как я набираюсь смелости снова поднять взгляд, он переключает своё внимание на Данте.

Альберто откашливается, звеня бокалом с большей силой. В комнате наконец-то воцаряется тишина.

— Внимание всем, — громко говорит он. С хищной ухмылкой он поворачивается к приглашённому на ужин и поднимает свой бокал. — У нас неожиданный, но очень желанный гость.