Амалия. Книги 1-5

Хозяин дома объяснил, что Мари любит Александра Корфа, причем это не простое увлечение, дочь призналась, что уже давно неравнодушна к нему. Так вот, господин сенатор, поскольку ваш крестник разорвал помолвку с княжной Гагариной, можно ли рассчитывать на… на то, что у дела будет благополучный исход?

Господин сенатор принял глубокомысленный вид, и, заметив это, Потоцкий поторопился объяснить, каково приданое у его дочери. Оказалось, гораздо больше, чем можно было получить за княжной Гагариной. Однако сенатор знал, что в подобных делах никогда нельзя давать прямого ответа сразу.

– Дело ведь не только в приданом, – напомнил он. – Ваша дочь, сколько я помню, придерживается католической веры.

– Она уже сказала, что перейдет в православие.

По лицу графа Строганов понял, что тема ему не слишком приятна, и не стал углубляться в нее. Впрочем, жена самого графа была русской, и сенатор не сомневался, что в случае чего всегда можно будет рассчитывать на ее поддержку в таком тонком вопросе, как переход дочери в другую конфессию.

– Если бы все зависело только от меня… – многозначительно промолвил он и легонько коснулся рукой локтя Потоцкого.

Тот отлично знал, что подобные жесты значат в свете, и воспрянул духом.

– Но вы же знаете современных молодых людей, – продолжал сенатор, убирая руку. – Хорошо. Я поговорю с Александром и передам ему ваше предложение.

Дома он еще раз взвесил все выгоды союза с Потоцкими и решил, что его нельзя упускать. Конечно, Мари не слишком хороша собой, но если она без памяти любит Александра и будет смотреть на него снизу вверх, то у них будет идеальный брак.

С этой мыслью Строганов заснул, а на другой день отправился в особняк князя Мещерского, проведать своего крестника. Однако Степка огорошил его сообщением, что Александр ушел, а куда – неизвестно.

Барон Корф вернулся только вечером, поужинал с Сержем и его отцом и отправился в свою комнату. Вскоре Степка доложил о повторном визите графа Строганова.

"«Что ему надо?» – неприязненно подумал Александр. Но не решился сказать, что не принимает.

– Зови, – буркнул он и, взяв газету, стал просматривать последние сообщения.

Андрей Петрович вошел, бодро постукивая тростью, и, увидев хмурого молодого человека с газетой в руках, улыбнулся.

– Я хотел поговорить с тобой об одном деле, – сказал он после того, как мужчины обменялись общими фразами. – Граф Потоцкий сделал мне занятное предложение.