Амалия. Книги 1-5

Полина Сергеевна украдкой покосилась на его безразличное, замкнутое лицо, всхлипнула последний раз и убрала платочек.

– Я понимаю, что ты беспокоился о драгоценностях, – сказала она. – Но то, о чем ты думаешь, не пропало.

«О чем я думаю?» – удивился Александр.

Полина Сергеевна поднялась с места, взяла со стола плоскую коробку, обитую темно-синим бархатом, подошла к сыну и с гордостью сказала:

– Здесь наши фамильные драгоценности. Старший сын всегда дарит их своей невесте, а потом, спустя много лет, они передаются следующей женщине, которая входит в нашу семью.

Все-таки баронесса не удержалась и погладила коробку, словно та была живым существом. Александр смутился. Помнится, отец когда-то что-то рассказывал об этом, но, по правде говоря, ему никогда не было дела до их фамильных безделушек.

– Они очень пойдут Бетти. – Мать наконец решилась и протянула сыну коробку. – Возьми.

Он поднялся с места, смутно чувствуя, что именно этого требовал ритуал передачи драгоценностей, и взял коробку.

– Можно посмотреть?"

"– Конечно.

Александр открыл коробку. Внутри лежала изумрудная парюра – без сомнения, старинная и дорогая, с крупными камнями в обрамлении бриллиантов, которые тускло блестели на пыльном бархате. Ожерелье, два браслета, небольшая диадема, брошка, держатель для букета, который крепится к платью, и кольцо. Молодой человек припомнил, что портрет матери в этих украшениях висит в ее спальне, и почувствовал неловкость. Может быть, лучше все-таки заказать для Бетти отдельную парюру?

– Нет, нет, – сказала мать поспешно, уловив его намерение.

И она сама закрыла коробку, этим жестом словно отрекаясь от парюры навсегда. Потом спросила:

– Как твоя рука, лучше?

– Я как раз собираюсь идти к Боткину, – ответил сын. – А что вы говорили о подкопе?

– Ах, это просто невероятно, просто чудовищно!

Полина Сергеевна оживилась и принялась описывать, что в доме на Малой Садовой была будто бы сырная лавка, а на самом деле там жили террористы, которые сделали подкоп под улицу и заминировали его.

…Александр не помнил, как попрощался с матерью, не помнил, как оказался на улице и взял извозчика, чтобы ехать к Боткину, – двигался как сомнамбула.