Амалия. Книги 1-5

И ей кажется… поймите, она ни в чем не уверена… но ведь она первая заметила, что с вами что-то неладно, и позвала на помощь. Так вот: вспомнила, что рядом с вами был кто-то в синем купальном костюме. А в тот день синий купальный костюм был только на одном человеке. На Изабелле Антоновне Олонецкой.

Признаться, Амалия ждала чего угодно, только не этого. Изабелла Антоновна, которую она едва знала и с которой перекинулась от силы десятком фраз, хладнокровно топила ее, Амалию? Но зачем?

– Нет, не может быть! – вырвалось у Амалии.

Зимородков поморщился.

– Однако граф Полонский, – негромко заметил он, – говорил мне, что сразу же после того, как они с Орестом вытащили вас из воды, Олонецкая пыталась представить дело таким образом, будто вы чуть не утонули по собственной вине.

Амалия вздрогнула. Неужели?..

– Она сказала что-то вроде: «Стоит ли лезть в воду, не умея плавать?» – проговорила она.

– А Орест прибавил, что у госпожи Олонецкой был очень недовольный вид, когда вы открыли глаза и стало ясно, что вы живы, – мягким голосом ввернул следователь. – Возможно, это лишь ему показалось, но давайте смотреть фактам в лицо. В воде, кроме вас, было всего четверо человек: Муся, затем ваша горничная, мадам Ренар и Изабелла Антоновна. Муся и горничная в качестве подозреваемых отпадают, стало быть, остаются всего двое. Из них мадам Ренар была тем человеком, кто заметил, что с вами что-то неладно, и позвал на помощь.

– Но я ничего не понимаю! – воскликнула Амалия. – Если она пыталась меня убить, то… должна же быть какая-то причина, в конце концов! Это все глупо, глупо, глупо!

– Амалия Константиновна, – Зимородков поднял руку. – Не будем делать поспешных выводов. Давайте поступим так. Расспросите для начала Мусю и Дашу, что они помнят о госпоже Олонецкой. Я имею в виду то купание: где она находилась, что делала и так далее.

– А почему госпожа Ренар не пришла к вам раньше, если уж на то пошло? – с вызовом спросила Амалия. – Чего она ждала?

Зимородков пожал плечами.

– Она объяснила это тем, что сомневалась, – сказал он. – Собственно, она до сих пор ни в чем не уверена.