All Flesh is Grass

And once again I smelled the faint perfume of the purple flowers that grew in profusion all about the greenhouse, the same perfume I'd smelled at the foot of the Sherwood porch. But this time there was no circle of enchantment.

И опять я ощутил слабый аромат лиловых цветов, вольно разросшихся вокруг теплиц,  — тот самый аромат, которым меня обдало у веранды Шервудов. Но магического круга на этот раз не было."

"I walked around the house and as I approached the kitchen door I saw there was a light inside.

The door was open, too, and I could remember shutting it and pushing on it with my hand to make sure the latch had caught before I'd gone out to the car.

Я обогнул дом и остановился: в кухне горел свет. Наверно, забыл погасить, подумал я... Впрочем, хоть убей, не помню, что бы я его зажег.

Но и дверь кухни оказалась открытой, а я точно помнил, как, уходя, захлопнул ее, да еще толкнул ладонью, проверяя, защелкнулся ли замок, и только потом пошел к машине.

Perhaps, I thought, there was someone in there waiting for me, or someone had been here and left and the place was looted, although there was, God knows, little enough to loot. It could be kids, I thought sonic of these mixed-up kids would do anything for kicks.

I went through the door fast and then came to a sudden halt in the middle of the kitchen. There was someone there, all right; there was someone waiting.

Может быть, кто-то меня ждет или в доме побывал вор и все очистил, хотя, бог свидетель, поживиться у меня нечем. А может, ребята озоровали  — есть у нас такие шалые, никакого удержу не знают.

Несколько быстрых шагов  — и я так и стал посреди кухни. Тут и впрямь был посетитель, меня ждали.

Stiffy Grant sat in a kitchen chair and he was doubled over, with his arms wrapped about his middle, and rocking slowly, from side to side, as if he were in pain.

“Stiffy!” I shouted, and Stiffy moaned at me.

На табурете сидел Шкалик Грант; он согнулся в три погибели, прижал обе руки к животу и медленно раскачивался из стороны в сторону, словно от боли.

— Грант!  — крикнул я.

В ответ он то ли застонал, то ли замычал.

Drunk again, I thought. Stiffer than a goat and sick, although how in the world he could have gotten drunk on the dollar I had given him was more than I could figure.