All Flesh is Grass

Он будто усох, но напоминал скорее не скелет, а что-то вроде задубевшей необработанной шкуры, которую вовремя не успели замочить в растворе. Он стал каким-то ветхим и бродил, как тень. Мы просто перестали замечать его.There were times when I'd look around and see him and be surprised to find him there and even wonder, momentarily, who he was, and that strange wiping-out-of-memory was, as well, a part of this high blue land through which we walked. Были ситуации, когда я натыкался на него взглядом и никак не мог сообразить — кто же он такой.

Может быть, эти странные, неожиданные провалы в памяти тоже возникали под влиянием заколдованной горной голубизны, в которую мы все глубже и глубже погружались.Past and present and the thought and hope of future would seem to blend into a terribly logic feel of time that was in itself eternity, a never-beginning never-ending state of being that hung suspended, in duration and yet had about it a continuing and a sparkling sense of wonder.Прошлое и настоящее, а также наши надежды и мысли о будущем, казалось, сливались в поразительно ясное общее ощущение времени; времени, ставшем живым воплощением вечности, не имеющим ни конца, ни начала; времени как субстанций нового измерения, неподвижно застывшей в пространстве в виде чудесной картины, открывающей дорогу к сокровенной тайне вселенской мудрости. So we moved across that great plateau, Paint rocking along in silence except for the occasional click of a rocker against a stone protruding from the trail; Мы по-прежнему двигались по обширному плато, и Пэйнт все так же молчаливо покачивался на ходу. Только иногда тишину нарушал стук камней, отскакивавших из-под его полозьев с тропы. Hoot ranging out ahead, a dot against the distance, still working at his scarcely-needed role of scout; Свистун держался впереди, на расстоянии одного перехода от нас, выполняя начинавшую казаться бесполезной роль дозорного. Tuck stumbling along like a dim gray ghost muffled to the throat in brown, and Roscoe stumping sturdily, muttering to himself his endless string of rhyming words, never making sense, a vocal moron who trundled happily through an alien never-never land. Закутанный с головой, Тэкк сопровождал нас, как привидение. Роско твердым шагом маршировал по тропе, бормоча под нос бесконечную поэму из рифмованных слов, абсолютно лишенную всякого смысла: жизнерадостный придурок, беспечно бредущий по враждебной и незнакомой земле.